– в ее глазах стояли слезы. Она выглядела такой напуганной и хрупкой. В груди что—то сжалось. Странное чувство накрыло. Поймал себя на мысли, что я был бы счастливым засранцем, если бы Ослик тоже так тянулась ко мне.
Усмехнулся.
– Долго собирала?
Посмотрела на меня, гордо задрав подбородок.
– Это моя зарплата за неделю, брала по две смены в клубе.
Прищурился.
– По две смены? Очень нужны бабки, значит.
Она складывает руки на груди, тут же принимаю воинственную позу.
– Но это не важно. Ему сейчас нужней…
Усмехнулся.
Покрутил в руках сверток. Интересно, Ослик бы стала так за меня переживать? И тут же ответ пришел сам собой, вместе с ощущением, будто под дых зарядили. Бл*ть. Не стала бы. Всегда выбирала братьев, и сейчас ничего не изменилось. А теперь и подавно… Даже от мысли, что к другому в постель легла – хочется весь мир раз*бать.
Почувствовал, что завелся. Размял шею, возвращая ей бабки.
– Держи, – она удивленно посмотрела на меня. – Я помогу тебе, только не за деньги. Мне ответы нужны.
Лия хмурится, губы кусает. Чует уже недоброе.
– Ия. Она правда замуж выходит?
В ее глазах мелькнула злость.
– Ты хочешь, чтобы я стучала? Нет, бери бабки.
В один момент от испуганной девчонки не остается и следа. Нравится мне она, нашей породы. Огинский чертов счастливчик, надо бы ему башку на место поставить, чтобы перестал с ума сходить.
– Просто скажи, что ты знаешь о ее свадьбе.
На раздумья уходит несколько секунд.
– Да ничего. – пожимает плечами. – Мы не особо близки. Я слышала, что Ия говорила про жениха, он даже звонил ей пару раз.
Но судя по ее реакции, и по тому, как она сбрасывала – нет там любви.
Так бл*ть и знал.
За спиной раздается скрип металлической двери. Обернувшись, вижу как и здания выходит Демид. Взлохмоченный весь, помятый.
– Варламов, чего так дол… – он замолкает, когда его глаза находят Лию. Злой становится.
– А ты че тут забыла?
Рывком на нее. Делаю шаг в сторону, перекрывая ему путь.
– Эй, полегче. Девочка твою душонку тут спасает, не грузись…
– Не лезь, – рычит в ответ.
Поднимаю руки. Задолбал он меня, пусть сам разбирается.
– Огинский, ты торчишь мне пятьдесят кусков. А теперь вали в зал и начинай готовиться к бою. И только попробуй завтра его просрать, я тебя самолично обратно в каталажку запихну!
Скалится, но ничего не отвечает. А потом на девчонку взгляд переводит.
– Есть на чем добраться?
Она качает головой, начинает пятиться. Замечаю, что в его присутствии снова запуганной стала.
