– Ты можешь спокойно выходить на улицу, – Демьян решает разбавить тишину, когда мы проводим в пути уже не меньше получаса.
– Угу, – мычу в ответ.
Я отвернулась к стеклу и всю дорогу даже не смотрела в сторону мужа.
Иногда бывают такие моменты, что складывается впечатление, будто он не так уж плох, как кажется. Но потом Демьян снова делает что-то такое, что напрочь перечеркивает все его достижения.
– Этого недоразумения больше не повторится, – говорит он снова, точно в первый раз я не поняла смысла.
– Угу, – в моем ответе ничего не меняется.
– Да, что с тобой? Теперь вечно будешь дуться? – не понимаю, почему ему есть до этого дело.
– А ты так и будешь убивать людей и ломать чужие судьбы? – я, наконец, поворачиваюсь в его сторону.
По выражению лица моего мужа понятно, что я зря все это произнесла.
– Я буду ждать в машине, – цедит он, припарковываясь у невысокого здания частной клиники. Судя по виду, явно дорогой.
Я ничего больше не отвечаю. Просто выхожу из машины и хлопаю дверью. Она громко долбится о корпус гелика.
Наверное, немного перестаралась.
Администратор на ресепшене учтиво объясняет мне, где найти подругу.
Ксю обнаруживается в узком светлом коридоре у одной из белоснежных дверей с золотистой табличкой.
Она поднимает на меня свой заплаканный взгляд. В покрасневших глазах я вижу боль. Много боли.
– Привет, – еле слышно произношу. Не знаю, как начать разговор.
– Привет, – отзывается подруга так же негромко. – Я вот пришла анализы сдавать перед абортом, – подозрительно спокойно говорит она.
Это на мою Ксю непохож совсем.
– Ты уверена? – мне хочется обнять подружку, но я пока не рискую.
Она не отвечает на этот вопрос, но разговор продолжает:
– Прости меня, Аль, прости. Все так закружилось… Сама не знаю, как угодила в эти сети. Потом узнала, что беременна, сказал ему, а он… набросился на меня как дикий зверь. Мне было так страшно, – Ксюша закрывает глаза ладонями, вспоминая события того дня, о котором рассказывает, и я верю ей. Только сегодня испытала нечто похожее на себе.
– Эй! – тянусь к подруге и прижимаю ее к груди. – Не плачь. Все хорошо будет. У нас у всех все будет хорошо!
Верю ли я в то, о чем говорю? Нет. Скорее всего, не верю. Но мне очень хочется, чтобы так и было.
Ксю отстраняется, продолжая рассказывать:"
"– А потом все резко поменялось. Буквально в этот же день он вернулся, извинился. Нет, прощения попросил. Сказал, что не бросит меня с малышом, если сдам тебя, когда появишься.
