Теплое сердце зимой

Прежде чем окончательно впасть в сентиментальность, он прервал цепочку воспоминаний… и решил, что для него это большое облегчение, что все в поместье стало другим. Это многое упрощало.

Куин зашагал по лужайке, его шаги испортили нетронутый снежный покров… и проходя мимо одной из скульптур, он постучал костяшками пальцев по розовой поверхности. Глухой звук предполагал, что она была металлическая, и он представил, как дизайнер разглагольствует о достоинствах ее плавных контуров и твердых углов. Вряд ли кто-то понимал, что должен был представлять этот предмет искусства.

Подойдя к задней части особняка, Куин понял, что ошибался. Дом тоже пережил ремонт, причем… довольно масштабный. Новая комната позади. И терраса — здесь он тоже ошибся. Старая плитка исчезла, ее заменил какой-то песчаник — он не мог точно сказать какой из-за снега, но судя по тому, что виднелось из-под растаявшего края, плитка была совершенно другой.

Оказавшись возле одного из окон, Куин сложил ладони у висков и наклонился, чтобы заглянуть внутрь.

— Оооооокей.

Битлджус[27]. Когда Дитцы захватили красивый старый фермерский дом Мейтлендов… и превратили его в уродский цирк с шоу никудышных артистов. Никакого антиквариата. Красивых персидских ковров. Напольных часов и картин маслом, коллекций фарфора от «Имари». На месте всего, что почиталось и культивировалось поколениями, была мебель из стали и кожи, полы из черного камня и другие скульптуры, похожие на трехмерные тесты Роршаха.

Что за красная ручка виднелась там? Это что, стул?

Он никогда не считал себя приверженцем традиций, но, откровенно говоря… за это он не дал бы ни копейки. Но, с другой стороны, чей-то дурной вкус — не его проблема.

А вот датчики движения, установленные в углах у потолка, были. Эти чертовы штуки он заметил сразу, потому что они мерцали маленькими зелеными огоньками… и, вероятно, там же были установлены камеры.

В связи с этим, несомненно, здесь и заканчивалась его шпионская деятельность.

И начинались личные долбанные проблемы.

Потому что ему нужно было попасть внутрь.

Ему пришлось дождаться полуночи, пока люди под этой крышей не отправятся спать, и плюс ожидания в том, что он понял, наконец, как справиться с горем. К черту терапию и нытье. Он переживет смерть своего брата с помощью работы: Лукас разбил ему сердце, наполнив болью, и воскресил его своим заданием.