Теплое сердце зимой

— Справедливости ради, радиолокатор выглядит как рождественская открытка со Звездой Смерти. — Куин разрезал говяжью спинку. — Кстати, я слышал, что все уже проголосовали за то, чтобы сбежать с корабля, чтобы не остаться на несколько дней в четырех стенах с Лэсситером.

— Я к этому и веду. — Бутч помахал серебряной вилкой. — Почему мы все должны торчать в доме из-за пары снежинок? Особенно если мы и так застреваем с этим ангелом в дневные часы. Ты будто заранее знаешь, что свалишься с отравлением, и все равно пихаешь в себя испорченный гамбургер.

— Тут с тобой не поспоришь.

Куин посмотрел вдоль стола. Не увидев Лэсситера, он наклонился над своей тарелкой, полной еды, чтобы посмотреть через несколько человек. Падший ангел сидел примерно в десяти стульях от Бутча, между Битти и Тором, его светло-черные экстравагантные волосы рассыпались по плечам, укрытым в ярко-желтый свитшот «MrBeast», и он носил на себе золота фунтов на четыре, не меньше.

Парень словно скупил весь ассортимент ювелирного магазина и нацепил на себя…

Внезапно Лэсситер повернул голову, и когда их взгляды встретились, на его лице не нашлось место дурашливости.

Его глаза странного цвета были смертельно серьезными и не моргали, губы сжаты в тонкую линию, подобная собранность придавала ему вид восковой фигуры из Музея Мадам Тюссо.

По спине Куина побежали мурашки.

— Позвать врача?

Услышав голос Блэя, Куин разорвал зрительный контакт с ангелом и посмотрел на своего супруга.

— Что?

— Ты задрожал. Все нормально? В рану же не попала инфекция?

— Нет, все нормально.

 — Куин отрезал кусочек… что там лежало на его тарелке? Говядина? Птица? Точно не рыба. Это он знал наверняка, потому что Король ненавидел запах рыбы и запретил чешуйчатых в этом особняке, сделав исключение для ужина Бу, который уж точно не окажется рядом с Рофом. — Я в порядке.

Поэтому да, плевать, он вполне мог жевать угол стола, и да, он на самом деле покрылся холодным потом, как стакан ледяного чая в жаркую ночь. Но все это не нуждалось во врачебном осмотре.

К тому же, ему было стыдно за свои мурашки.

Кто бы подумал, что можно скучать по придурковатому Лэсситеру.

Охваченный предчувствием злого рока, Куин запретил себе смотреть на ангела и прошелся взглядом по знакомым лицам, загоняя тревогу вглубь себя. Повинуясь логике «притворяйся, пока это не станет правдой», он каким-то образом умудрился присоединиться к клубу чистых тарелок, поговорить с Кором и Лейлой и встать на ноги, когда Трапеза подошла к концу.