Терминатор

Перед ним стоял простой деревянный стол с черной пластмассовой пепельницей; со стены напротив смотрело большое зеркало.

Боль между лопатками усиливалась. Но он не обращал на нее внимания. Так даже лучше. Она была вполне терпима и помогала не вникать в смысл вопросов, которые задавал высокий худощавый человек, ходивший по комнате из угла в угол.

Вукович остановился прямо за спиной пленника и посмотрел на затылок Риза. Наверное, сильно болит, но мышцы шеи расслаблены, значит, боль переносит хорошо. Крепкий орешек. Вукович медленно обошел стол и взглянул угрюмому парню в глаза.

Лицо пленника ничего не выражало. Абсолютно ничего. Точка. Да, странновато. Не по нутру мне эти странные, подумал Вукович.

— Ладно, приятель, — заговорил он. — Начнем по порядку. Ты давно знаешь Сару Дженет Коннор? — Риз продолжал смотреть на стену за спиной Вуковича и считать дырочки в одной из плит. Он насчитал 138.

— Кайл Риз, — повторил он бесстрастным резковатым голосом. — Сержант, связист, номер ДН-38…

— …416, — закончил за него Вукович.

 — Твой дурацкий номер я уже знаю. — Он уселся напротив Риза и наклонился к нему через стол — лицо его оказалось в нескольких дюймах от лица молодого человека. — Может, хватит играть в героев? Мы знаем, что ты — человек не военный, ни в каком воинском подразделении не числишься. Вообще нигде не числишься… Насколько нам на сегодня известно.

Вукович закурил «Кэмел».

— Не нравится мне это. Совсем не нравится. Похоже, мы проведем в этой комнате много времени, а я в таких случаях частенько выхожу из себя.

Риз слушал Вуковича вполуха. Мысли его бродили далеко. Он думал о задании. О Саре. Эти парни будут делать все возможное, чтобы свести ее в могилу. Нет, допустить этого нельзя.

— Где Сара Коннор? — внезапно спросил Риз.

— О ней можешь не беспокоиться. Побеспокойся лучше о себе, — ответил Вукович тоном сильного. Но обоим было ясно, из этих двоих сильней тот, что прикован к стулу.

— Где… она? — прорычал Риз.

— В безопасном месте.

— Она умерла, — произнес Риз бесстрастным голосом и переключил внимание на плиту за головой Вуковича.

Тот почувствовал, что потерял инициативу в разговоре, но не мог понять, как это произошло. Его охватил гнев.

— Слушай, ты, умник… — начал он, но оборвал себя на полуслове, потому что дверь в комнату открылась.

На пороге стоял Силберман. Психолог окинул мужчин быстрым взглядом, учуял в воздухе враждебность и натянуто улыбнулся.

— Мирно беседуем, джентльмены? — спросил он и взглянул на Вуковича.