Терминатор

В мозгу вертелось: «Летальный исход». Терминатор поднял полицейского и ткнул его головой в ветровое стекло. Безжизненное тело он швырнул на тротуар. Сам сел за руль и поехал.

Риз гнал машину на предельной скорости. Сара затихла рядом с ним. В лице ее не было ни кровинки. Ее колотила лихорадка. События последних нескольких минут казались ей дурным сном. Мир за окнами, летящей, словно полуночный демон, машины также утратил для нее реальные очертания. Риз выключил фары и жал на педаль акселератора, хотя они уже и так неслись со скоростью девяносто миль в час.

Глаза его перебегали с зеркала заднего обзора на дорогу и обратно. Иногда он оборачивался и окидывал взглядом участок пути, оставшийся позади На углу проспекта Дубовая Роща он разогнал машину в крутой вираж, не обращая внимания на испуганно сжавшуюся Сару. Предупредил только:

Машина вырвалась к Уитворту и на левом повороте скользнула в зазор между плетущейся не спеша «тойотой» и встречным грузовиком, свернула на Рексфорд и, не сбавляя скорости, повернула еще рае.

Транспорт в этот поздний час тащился с черепашьей скоростью, и Риз, не долго думая, перескочил на тротуар, благо пешеходов уже не было. Никто не заметил, как на пересечении с автомагистралью Олимпийского бульвара серый седан отделился от тротуара и в красивом мощном прыжке перескочил на проезжую часть.

Кажется, «хвоста» не было. Воспроизвести маневры и головокружительные виражи Риза дано не всякому. Он взглянул на Сару и понял, что она не в себе.

— Тебя ранило? — спросил он по-военному кратко.

 — Ранена?

Никакого ответа. Отрешенный взгляд обращен в темноту. Риз наклонился к девушке, быстро провел рукой по ее телу. Движения его были точны, профессиональны, взгляд сосредоточен и бесстрастен, как у врача, осматривающего больную. Ибо так оно и было. Он проверил, нет ли у нее ран и повреждений. Все обстояло вполне благополучно.

Сара опомнилась и вздрогнула. Она ощутила чужие прикосновения и задохнулась от негодования — так омерзительна была ей эта гнусная мужская выходка.

Она оттолкнула его руку и в панике схватилась за ручку. Дверь открылась. Навстречу Саре неслась, ослепляя огнями и оглушая ревом, ночная автострада огромного города.

Риз втащил ее назад, швырнул на сиденье и захлопнул дверцу. Не отрывая глаз от дороги, отвел руку и ударил ее по лицу тыльной стороной ладони. Чувствительно. Она застыла на месте. Эйфория, в которой она пребывала, начала рассеиваться. Только теперь он заговорил:

— Делай то, что я скажу.