Терновая Лилия

Когда за девушками закрылась калитка, я как раз заканчивала варить кофе. Ирен тоже пристрастилась к напитку, благо стоили зерна не так уж много. Знать еще не распробовала горьковатый бодрящий отвар, иначе цены бы неминуемо взлетели до небес. Пусть и дальше пребывают в неведении.

— Ты в хорошем настроении. Какие-то приятные новости? — улыбнулась Клеменс, глядя на мое сияющее лицо. Я неопределенно повела плечами, и тут в калитку постучали.

Громко.

Кажется, лупили с ноги, потому что старое дерево скрипело очень уж жалостливо при каждом ударе.

Открывать пошла Клеменс как хозяйка дома. Я поспешила за ней, про себя подбирая слова утешения: вдруг это тот самый запоздалый гонец, который принес неблагие вести?

Женщина откинула щеколду и еле успела отпрыгнуть, убираясь с дороги, потому что в открывшийся проем повалили плечистые, крупные мужчины не самого чистого и цивилизованного вида. Пахло от них не розами, и я невольно тоже отступила на шаг, подальше от эпицентра.

— Где она? — рявкнул один из громил — похоже, их главарь.

"

"— Кто? — пискнула Клеменс, поспешно отступая еще на пару шагов и явно прикидывая, успеет ли добежать до дома и захлопнуть за собой дверь. Выходило, что вряд ли, потому что петли давно не смазывались, створки были рассохшимися и вообще по жаркой погоде чаще всего оставались распахнуты настежь. Мужчин было пятеро — убежать от них или отбиться мы бы не смогли при всем желании.

— Лоретта! — еще громче рыкнул мужчина. На грязную, давно не стираную рубаху была накинута распахнутая на груди кожаная жилетка, под которой виднелся целый арсенал: ножи, сабля на боку, тяжёлые металлические кольца на пальцах — кастеты.

Остальные тоже были вооружены до зубов, будто не в дом к слабой женщине пришли, а к абордажу готовились.

Один из незваных гостей пнул горшок с сиреневой гортензией, шапочки цветков которой только начинали распускаться. Хрупкая глина разбилась, и куст опрокинулся, задрав беззащитные корни.

— Прекратите, — я решительно выступила вперед из тени здания, прикрыв собой невысокую Клеменс.

Она уже изготовилась бросаться на вандалов, вооружившись ближайшим ведром, но мне не хотелось до этого доводить. Неясно, кто победит, но гостиная в любом случае пострадает, а я к ней успела как-то привыкнуть.

Тот же головорез показательно разбил еще один горшок и осклабился во все свои пять гнилых зубов.

— Ты-то нам и нужна.

Не поняла. Я Лоретта? Имя казалось совершенно чужим. Лили отзывалось во мне куда больше.