Онлайн-библиотека книг
Все-таки он, как и Бадб, мог подпитываться энергией, и питал его мир теней. Ей, увы, подобная роскошь недоступна.
В конце концов демон сообразил, что необязательно тратить на врагов собственные силы, если в его распоряжении весь мир мертвых. Произнес заклинание, что притягивало из Юдоли Печали неприкаянные души. Оголодавшие по человеческому теплу, тени набросились на Морриган. И если она еще как-то могла им противостоять, призывая на помощь рассветную магию, Кофи оказался для них слишком уязвим.
Морриган кинулась ему на выручку, но сил оставалось мало.
Призрачная голубая вспышка прорезала пространство.
– Ганджу, – прохрипел Кофи, с бледной улыбкой глядя на старого друга. – Ты пришел.
– Конечно, пришел, – ворчливо отозвался бокор Дома О'Флаэрти.
Морриган, опираясь ладонью на колено, тяжело поднялась.
"Демон в человеческой шкуре сполз по стене, с которой только что столкнулся. Морриган едва поборола желание последовать его примеру и прилечь на пол. Саманья бросилась к ней, повесила на шею гри-гри. По телу разлилось приятное тепло. Еще несколько минут, пока не подействовал защитный амулет, в глазах двоилось, но Морриган увидела главное: как Кофи и Ганджу вместе проводят ритуал.
Демон покинул тело колдуна, от которого, впрочем, толком ничего не осталось.
– Поверить не могу… – Кофи, схватившись за сердце, оседал вниз. – Я все время приносил жертвы демону…
– Как вы могли не распознать обман?
– Не все, Морриган, обладают твоими способностями, – прохладно ответила за него Саманья.
– Ты права. Мне жаль, Кофи. Но все уже позади.
Ганджу помог Кофи подняться, ободряюще похлопал по плечу. Саманья собралась в особняк вместе с Морриган, Ганджу остался.
– Спасибо, что помогла во всем разобраться, – проникновенно сказала жрица. – Знаю, у тебя сейчас много других дел…
– Все в порядке, – отозвалась Морриган.
В конце концов, ее охота только началась.
Глава 7
Белое на белом
– Как ты? – мягко спросил Дэмьен.
Клио невольно вздохнула. Что Морриган с Бадб, что Ганджу с Дэмьеном и Саманьей – все относились к ней так, словно она была хрустальной статуэткой.
