К счастью, в местном дне аж двадцать пять светлых часов – помнится, говорил уже.
Андрей, чувствующий себя в роли прораба как рыба в воде, хриплым голосом раздает указания, мужики бегают туда-сюда с охапками досок и прочего стройматериала, пыль столбом, а я что-то начинаю чувствовать себя пятым колесом в телеге. Нет, можно, конечно, тоже влиться в общую суету, что-то там таскать и придерживать, но как-то не хочется. Не потому, что «умаляет начальственное достоинство» (ну чуть-чуть разве что), а лень просто. Ленивый я, в плане физического труда особенно, ничего не могу с этим поделать.
Окопы рыть себя еще могу заставить, если есть вероятность под арту попасть, а остальное – ну его на фиг. Посему спокойно разглядываю, как две пары рабочих, предварительно разметив нужные места, сверлят мотобурами направляющие скважины под металлические винтовые сваи. Получается это у них быстро и сноровисто, приятно посмотреть. О, кстати – это же они для моего дома сваи готовятся вкручивать, я-то сразу и не сообразил.
Радиостанция на плече характерным звуком затребовала к себе внимания. Хорошо, ответим…
На связи оказался Глеб:
«Игорь сообщил – нашли озера и выходы газа. Пятнадцать километров от реки, в холмах. Возвращается обратно».
– Принял.
Вот и отлично. Теперь осталось собственно нефть найти.
– Слышь, командир!
Оглянувшись на окрик, вижу запыхавшегося от бурной активности Андрея.
– Что такое?
Наш прораб подходит поближе.
– Сегодня дом твой закончить не успеем, фундамент под водонапорку надо залить до вечера, кровь из носу, а то застыть не успеет.
Придется тебе опять на корабле ночевать.
Пожимаю плечами:
– Да и хрен с ним, спешки нет. Один фиг, караван еще три ночи тут будет торчать. Все успеете к отплытию?
Андрей уверенно кивает:
– Без вопросов. По мелочи останется доделать, но это уже твои сами справятся."
"– Хорошо. Андрей, заборы, главное, и загоны для скота – потщательнее. Если какая-нибудь сволочь ночью заберется и всех пожрет – будет обидно. И теплоизоляция на трубах – тут зимой не тепло вообще ни разу, говорят.
– Сделаем, не переживай.
Преисполненные эмоций крики с характерным южнорусским говором заставляют нас обоих повернуться к холму. Оксана громко выражает недовольство.
– Че она орет?
– А-а… – Бригадир раздраженно машет рукой. – Дура-баба. Съездить бы ей разок по харе. Межеванием недовольна, типа обделяют ее.
Кто бы сомневался.
– Да уж… чую, намучаюсь я тут с ней. Ладно, пойдем, вправлю ей мозги.
