Несколько секунд колеблюсь, но в итоге шлепаю босыми ногами по полу, оставляя мокрые следы. Вдруг срочное что-то? Девушку я на ночь не оставлял, не люблю, когда рядом спит неизвестно кто, так что и не попросить ее, чтоб телефон принесла.
Не понял, а почему экран темн… а, не тот телефон. У меня же их несколько сейчас. А звонит… ага, вот этот. Диего звонит. Ну или кто-то прострелил ему башку и теперь пробивает оставшиеся в телефоне контакты на предмет встретиться и повторить фокус. Такое тоже бывает.
– Алло?
– Доброе утро, сеньор!
Диего.
Судя по голосу, в хорошем настроении; значит, никто ему голову не прострелил.
– Доброе утро. Новости?
– Да. Все подтвердилось, вы были правы. Материалы у меня. Как мне лучше всего их вам передать?"
"«…и получить свои деньги», явственно прозвучало в голосе земляка Хесуса. На мгновение задумываюсь – проще всего, конечно, чтобы он все привез прямо сюда, но… нет, не сто́ит. Мало ли кто тут может за мной наблюдать. Заинтересуются, начнут копать…
– Давайте в том же месте, где в первый раз встречались.
В такое же время.
– Очень хорошо, буду ждать.
Так, в прошлый раз мы встречались около полудня; значит, у меня еще почти два часа. Как раз успею не спеша позавтракать в гостиничном ресторане. Душ только доприму сначала, а то так и торчу посреди комнаты – голый, мокрый и с намыленной головой.
Девушка, кстати, из Черкасс оказалась. Ну хоть не сицилийка, и на том спасибо, а то те совсем уж не в моем вкусе. А эта ничего так, симпатичная.
Свободная территория Невада и Аризона, Нью-Рино, Баррьо-Бронсе, Куантемок-стрит, бар «Матеуалита»
Вообще, конечно, я всяческую аутентичную еду и (особенно) выпивку уважаю.
Но все-таки заказал не текилу, а пиво. Ибо мое понимание распития текилы (сугубое имхо, на звание специалиста не претендую) – это либо в уличном ресторанчике с играющим у столика ансамблем мариачи[27], либо в более интимной обстановке и в компании с девушкой. А средней обшарпанности бар и компания упитанного невысокого мексиканца как-то не располагают, знаете ли.
Диего, такими сложностями не заморачивающийся и взявший двойной бурбон, с торжествующим видом выложил на оструганные доски стола бумажную папку.
– Вы оказались совершенно правы, сеньор! Двое из списка встречались с девушкой и вот этим человеком. – Он достал из папки первую фотографию. Незнакомый белый мужик лет сорока – пятидесяти, с короткой щеткой усов на суровой нахмуренной физиономии. Снят явно без его ведома, издалека, но хорошим аппаратом.
