Сичкин подвинул стул поближе к столу, взял ручку и задумался. Тулегенов подмигнул Тимонину, и они вышли из комнаты.
— Ювелирная работа, — восхищенно прошептал Тимонин. — Супер!
— Фирма веников не вяжет, — усмехнулся Тулегенов.
Витька явился из школы первым. Полина открыла дверь и очень обрадовалась, увидев сына.
— Хорошо, что ты пришел! Ну, как в школе? Все нормально?
— Нормально. А Галка еще не пришла?
— Нет еще. Ты посиди с маленьким, а мне по делу съездить надо.
— Куда съездить?
— Я же сказала, по делу.
Скоро вернусь. Я его только что покормила, погуляла с ним, он спит сейчас. В холодильнике яйца есть — свари себе парочку. А все соберутся — мы ужинать будем. Договорились?
— Договорились…
— Ты за мобильник заплатил?
— Заплатил.
— Я позвоню.
Полина схватила с вешалки сумку, открыла дверь и выскочила на лестничную площадку. Витька вздохнул, сбросил на пол рюкзак с книжками и пошел в комнату, где спал малыш."
"Полина приехала к себе, бросила в прихожей сумку, открыла платяной шкаф и вынула свою норковую шубу.
Встряхнула ее, осмотрела, подойдя к окну. Потом завернула в простыню и запихнула сверток в матерчатую спортивную сумку.
Валерий Чистов притормозил у спортивной коробки. Отсюда был хорошо виден дом, в котором жила Полина. Двор был пуст, даже старичков на лавочках у подъездов не было видно.
И вдруг из подъезда вышла Полина с пузатой спортивной сумкой. Она явно куда-то торопилась.
Валерий надвинул на глаза бейсболку и включил двигатель. Он медленно ехал за Полиной на довольно приличном расстоянии.
У подъезда с вывеской «Ломбард. Скупка» Полина остановилась. Когда она открыла дверь, Валерий услышал мелодичный звук колокольчика.
Приемщик тщательно осмотрел шубу, взъерошивая мех, несколько раз встряхнул и снова принялся осматривать, потом спросил:
— Паспорт есть?
— Есть, — ответила Полина и полезла в сумочку.
— Ну, что же… шестьдесят тысяч могу дать…
— Как шестьдесят? Она двести тысяч стоит, — растерялась Полина.
— Стоила… — улыбнулся приемщик.
— Вы когда ее покупали? Лет шесть назад?
— Три… — Полина подумала, вспоминая. — Да, три года назад.
— Хорошо, три. Вы ее носили, правильно?
— Да я за три года ее три раза надела!
— Да неважно сколько раз, гражданочка. Мех живой, он тоже стареет, понимаете? Значит, эта вещь уже не стоит столько, сколько вы за нее заплатили, понимаете? А еще через год она будет стоить еще меньше, понимаете?
— Ну, хоть тысяч девяносто дайте, — попросила Полина.
