Теща горного короля

Накрытый к ужину стол ломился от блюд и напитков, но, по обычаю, гости садились за трапезу не сразу – сначала у них было время поговорить.

Слуги разносили на подносах бокалы вина. Айгер взял один, второй подал Юнии. Отпив немного, поставил бокал на маленький столик, то же сделала и она. А затем, закрывая столик собой, капнула что-то в бокал Айгера из крохотного флакончика, который прятала в ладони.

Обычно я разговаривала с Айгером, находясь рядом, почти вплотную. Но тут заорала с другого конца зала, бросившись к нему со скоростью несущейся галопом кавалерийской лошади:

- Айгер, она налила тебе что-то в бокал!!!

- Убирайся отсюда, немедленно! – пробормотал он с милой улыбкой.

- Что?! – опешила я.

- Ты что-то сказал? – повернулась к нему Юниа.

- Я приношу молитвы богам перед трапезой. Кстати, ты не знакома с солой Джеодой?

Он указал на пышную даму в розовом шелковом платье с таким низким вырезом, что мощный бюст едва не вываливался из него. Пока Юниа, презрительно наморщив нос, разглядывала это чудо природы, Айгер взял со столика ее бокал и молниеносным движением сдвинул свой на освободившееся место.

- Ты стал таким набожным, Айгер, - заметила Юниа.

- Благодаря тебе, - ядовито усмехнулся он и повторил, отвернувшись от нее: - Я сказал, убирайся. Быстрее. Из дома. А лучше из города. И до утра не возвращайся.

И тут до меня дошло!

Последнее, что я увидела, вылетая из зала, была Юниа, отпившая глоток вина из того самого бокала, в который что-то подлила парой минут ранее.

Пулей промчавшись по коридорам, я оказалась у приоткрытого окна, в которое просочилась перед этим. Подо мной замелькали улицы, потом городская стена и предместье. Остановилась я только далеко к югу от Верто.

Опустившись на сухую траву под деревом, я мысленно захихикала, представив, что будет дальше. И тут же себя оборвала, потому что Айгеру предстояла та еще ночка. Но как мгновенно он сообразил!

Что Юниа могла подлить ему в бокал? Яд отпадал, для их с Йоргисом целей тарис нужен был живым и здоровым.

Была тут, правда, одна неувязочка. Все то же, мягко говоря, неприятное воздействие призрака на других людей. Я еще раньше удивлялась, как настоящему Йоргису удалось закончить сей сакральный акт в таких условиях.