Теща горного короля

– Кстати, как тебя зовут по-настоящему?

- Неважно, - рассмеялся тот, и этот жуткий смех, словно раздвигающий мои мысли, показался еще более страшным, чем само появление колдуна. – Я привык к этому имени. Хотя и рассчитывал сменить его на другое.

- Да, имя Айгер тебе нравится больше, я понимаю. Извини, но не выйдет.

- Я это понял. В таких делах надеяться на женщину бесполезно. Ну что ж, не всегда можно выиграть, надо уметь проигрывать достойно.

Тут мне снова пришлось петь, перескакивая с одного языка на другой.

В первый момент я не поняла, зачем Йоргис пошел ва-банк – неужели нервишки сдали? Но после этой фразы все встало на свои места. И теперь дальнейшее во многом зависело от того, сумею ли я скрыть от него свои мысли.

Судя по скептической усмешке, Айгера слова колдуна тоже не обманули. Но ему было проще: в его мысли Йоргис проникнуть не мог. А вот Юниа в ужасе вскочила с кровати.

- А что делать мне? – ее голос истерично дрогнул.

- Это твое дело, - равнодушно ответил Йоргис. – Мне ты больше не интересна.

Женщин на свете много. Найдутся покрасивее и поумнее.

- А если я прикажу казнить Йоргиса? – поинтересовался Айгер.

- Туда ему и дорога. Мне от этого хуже не станет. Найду другую женщину и другое мужское тело.

- И как это – вечно жить паразитом в чужих телах?

- А чем твоя подруга из чужого мира отличается от меня? – с сарказмом спросил колдун. – Разве вы с ней не для этого отправились к Борггрину? Не для того, чтобы вернуть ей тело Юнии?

- Нет! – взвизгнула та, бросившись на Айгера с намерением вцепиться когтями в лицо.

Одного легкого движения оказалось достаточно, чтобы она плюхнулась обратно на кровать.

- Еще раз дернешься, и я тебя свяжу, - пообещал Айгер. – Ты умерла, Юниа. Так же, как и она. И теперь я буду решать, кому из двух призраков получить это тело. Собственно, я уже решил.

- Ну это если Борггрин вам поможет, - со смешком заметил Йоргис. – В чем я крупно сомневаюсь. Впрочем, мне безразлично. Всего доброго!

Он исчез, и я оборвала датскую пастушью песню на полуслове.

Юниа упала лицом в подушки и злобно рыдала. Брина ошарашенно переводила взгляд с нее на Айгера.

- Надеюсь, тебе не надо объяснять, что будет, если ты хоть слово кому-то скажешь? – спросил он, и Брина быстро кивнула. – Впрочем, даже если и скажешь, все равно никто не поверит. Подумают, что сошла с ума.

- Мне самой кажется, что я сошла с ума, тарис Айгер. Потому что ничего не понимаю.

- Трудно понять то, во что вмешалась черная магия.