Теща горного короля

Он и снаружи выглядел немаленьким, но внутри оказался огромным. Бесконечные коридоры, лестницы, галереи, анфилады комнат и просторных залов, убранных с потрясающей воображение роскошью. Чтобы содержать такой замок в порядке, нужна была целая армия слуг, но их оказалось всего около трех десятков. В большую часть помещений никто не заглядывал по несколько лет, там все заросло пылью и паутиной.

Не смогла я попасть только в одну комнату в Западной башне – той, которая нависала над пропастью. Комната эта находилась на самом верху, массивная железная дверь оказалась закрытой на замок, спилить который удалось бы разве что автогеном.

Райна сказала, что ключа от нее нет. И никогда не было.

- Неужели за тысячу лет никого не заинтересовало, что там находится? – не поверила я. – Да за это время любая дверь должна была заржаветь и рассыпаться. Даже самая магическая.

Но Райна только плечами пожала. Тот вечер, когда мы наедине разговаривали о жизни Юнии, так и остался единственным. Конечно, я задавала ей вопросы, но она почувствовала, что я ей не доверяю, и держалась сдержанно.

По сути, мы смотрели из окопов и выжидали, как будут развиваться события.

Если что-то можно было узнать от других, я спрашивала. Например, у Миры. Выяснилось, что Индрису, когда Юниа выходила за него замуж, уже перевалило за сорок. Был он вдовцом, единственный сын которого умер в ту же эпидемию, что и отец Юнии. А сам Индрис скончался, немного не дожив до шестидесятилетия, от какой-то другой болезни, незаразной.

По местным меркам солидный возраст, хотя, конечно, и не преклонный.

Меня мучило любопытство. Если от зарянки умирают только мужчины, каким образом не получается демографического перекоса в сторону женщин? Но все оказалось достаточно прозаично. По какой-то неизвестной причине мальчиков в Иларе всегда рождалось значительно больше. Я знала, что так же происходит и в нашем мире, но не настолько выраженно. Точных пропорций мне, конечно, никто не сказал бы, но если в семье здесь было несколько детей, сыновей всегда оказывалось больше, чем дочерей.

В результате после эпидемий мужчин оставалось примерно столько же, сколько и женщин. Или чуть меньше.

Я подумала, что, возможно, зарянка – это такой естественный регулятор численности мужского населения. Особенно если учесть, что в Иларе нет ни войн, ни голода.

Придерживая на расстоянии Райну, я присматривалась к Мире. Хоть кому-то надо же было доверять. Тем более она почти постоянно находилась со мной.