А может и уже не выйдет…
После операции Хасанов передал ""пациента"" Таиссии. И она занимается его лечением. Я периодически навещаю его. Кому же еще? У него нет ни родственников здесь, ни друзей.
За моей спиной шепчутся, что я бросила мужа в такой страшной ситуации… Бросают презрительные взгляды в спину. Мне плевать. Мне плевать! Близкие знают, как обстоят дела на самом деле. Борис пару раз вызверился на персонал. Поэтому, шепчутся только за спиной.
Итак, Роб. Сделано, на самом деле, очень много. Таисия пишет диссертацию, и в ее рамках испробовала все варианты лечения и реабилитации.
Я подписываю всё экспериментальное лечение! Пусть пытается... Роберт никогда не будет прежним, но если Тая как-то облегчит ему жизнь - пусть.
- Роберт ещё в палате?
- Да. Ты будешь его забирать?
- Нет... Его мать приехала.
- А ты к Горынычу? Он пациента к наркозу готовит.
- Нет. Стёпа хотел попроведовать Роба.
- Ты предупредила?..
Неопределенно машу пальцами в воздухе.
Приоткрываю дверь в палату. Роберт сидит в коляске, смотрит в окно.
Эту коляску купила ему я. Как опекун, я распоряжаюсь всеми его средствами сейчас.
- Привет, Роб. Я сегодня не одна. К тебе гость.
Иногда мне кажется, что он приходит в ярость от того, что у него отняли речь, и он больше не может засовывать мне под корку чувство вины и тотальной благодарности.
Он нажимает левой рукой на джойстик. Коляска поворачивается.
Стёпа замерев смотрит на него.
Незаметно постукиваю пальцем сыну по плечу, напоминая, чтобы он поздоровался.
Мы решили, что Степе не надо знать деталей о том, как поступал Роберт.
Для ребенка это лишний стресс.
- Привет... папа... - прижимается Степа к моему бедру.
Роберт сильно сдал и выглядит на десятку старше своих. Похудел, осунулся. И скорее выглядит как дедушка Степе, чем как отец.
- Двенадцать! - отвечает ему Роберт. - Двенадцать... Семь...
- Мам? - поднимает Стёпа на меня озабоченный взгляд.
- “Двенадцать” - это “здравствуйте”, - перевожу я.
- Это такая игра?
- Не совсем...
Из-за травмы хирургам пришлось удалить фрагмент мозга, отвечающего за связанную речь.
И образовались новые связи... Образовались удивительным образом. И Роберт уверен, что он говорит слова и фразы, но произносит цифры. Некоторые мне удалось привязать к определенным смыслам.
Роберт очень нервничает, что его не понимают и не может осознать происходящее.
- Тридцать шесть...
Это я знаю.
- Сейчас.
- Что он сказал? - любопытствует Стёпа.
- Просит открыть окно.
Сегодня тёплый день.
