— Докажите, что вы не придумали все, — азартно предложила Соланж, и одновременно с ней Жанна сказала:
— Какая наглость эти фантазии!
Бартелеми услышал только первое.
— Доказать? — повторил он, горделиво выпрямляясь. — Извольте же! У отца Кристин была густая борода, обветренное лицо и сильные руки…
— Этого уже не проверить, — не сдавалась Жанна.
— Она была счастлива до того, как ее отдали грубому вояке Кристофу Флери в качестве талисмана на удачу.
За столом воцарилось мрачное молчание. Даже Рауля, далекого от переживаний о чести семьи, пробрало, и он резко отставил от себя тарелку, утратив аппетит.
Тома подпрыгнул и бросился ее убирать, едва локтем не заехав его светлости по уху (Маргарет обреченно зажмурилась, не в силах на это смотреть).
— Что вы несете, господин алхимик? — в полном отчаянии простонала Жанна.
— Его величество Луи Беспечный, — с запальчивостью несправедливо обвиненного мальчишки зачастил Бартелеми, — задумал далекий и славный поход и собрал под своими знаменами двенадцать преданных вассалов.
На удачу, чтобы каждому из них было к кому вернуться, он вручил холостякам по невесте из старинной знати. Так Кристин стала женой Кристофа.
— Вручил? — повторила Соланж шепотом. Она явно сразу поверила его словам и ужаснулась им: — Как простую вещь? Вроде кроличьей лапки?
— Господин Леру, — бесцветно проговорила Жанна, — ваши сочинительства довольно необычны… да вот только они и оскорбительны тоже. Предполагать, что этот брак был лишь королевской прихотью, значит выступать против всей истории нашей семьи.
Ведь хорошо известно, как сильно Кристоф Флери любил свою жену и как он скорбел после ее ранней кончины.
Бартелеми растерянно замолчал, явно ощущая шаткость своего положения, ведь он действительно не мог ничем весомым подкрепить сказанное. Сны — это всего лишь сны, что с них взять?
Маргарет, неусыпно следя за каждым движением Тома и Манон, вспомнила, какой Кристин явилась к ней на болотах. Она казалась лукавой и беспечной, а о муже говорила с той легкостью, с какой не говорят о нелюбимых деспотах.
Возможно, восемь лет ожидания и трое детей подарили ей смирение. Или же… или же Кристин появилась, чтобы просто взглянуть на Маргарет и не сочла ее пригодной для откровений? Мальчишка-алхимик приглянулся ей куда сильнее, раз уж она забрала его в свои сонные владения на целый день и рассказала о себе куда больше?
— Но почему она приснилась именно вам? — сухо спросил Рауль. — Здесь трое ее прямых потомков, а вы всего лишь чужак.
