Его семья балансировала на краю пропасти, и именно от этой особы зависело, сорвутся они с сестрами вниз или нет. Насколько он успел изучить характер юной невесты, та была склонна к случайным глупостям вроде побега с опытным красавцем, но не способна на настоящее сопротивление. Безвольная и изнеженная Жозефина подчинится твердому «нет» более властной личности.
— Вам немедленно нужно в Арлан, к алхимикам, — произнесла Маргарет деловито, и ничто в ее облике не выдавало той подлости, которую она задумала.
Рауль не собирался попадать в такую простенькую ловушку. Мысленно обругав ее хитрой грымзой, он покачал головой.
— Жан привезет кого-нибудь из города, — сказал Рауль как можно безразличнее. Детская надежда на чудо, которая то и дело толкала его на различные безрассудства вроде поставить крупную сумму вон на ту лошадь, снова пробудилась. А вдруг где-то в этом замке спрятаны настоящие сокровища? Не зря же папаша на старости лет свил гнездо именно здесь.
Если это решение и разочаровало ее, то вида Маргарет не подала, просто покрутила в руках розовое яблоко, пожала плечами и бросила его обратно в сундук.
— Стоит ли понапрасну гонять туда-сюда людей? — заметила она. — Эти поделки выглядят грубыми и неумелыми, вряд ли за них удастся выручить хоть что-нибудь.
— Но материал, из которого они выполнены, весьма необычен. Мне и в самом деле любопытно, что это такое.
— Вам просто скучно, вы не привыкли сидеть в четырех стенах. Не лучше ли потратить эту передышку на более полезные занятия?
Рауль, разглядывавший свое искаженное отражение в круглобокой бронзовой вазе и потехи ради надувший щеки, ушам своим не поверил.
Тетушка Маргарет его наставляет?
Он и не помнил, когда его наставляли в последний раз. Возможно, в детстве, когда гувернантка пыталась привить наследнику Флери почтение к взрослым. Или в тот год, когда он соблазнил монахиню и та направляла его на путь истинный — о, эти жаркие ночи, наполненные горячим шепотом вперемешку с поцелуями!
Чрезвычайно заинтригованный таким положением дел, Рауль повернулся к тетушке Маргарет, глядя в ее круглое и мягкое лицо, преисполненное решимостью воспитать из него приличного человека.
— Какого рода полезные занятия? — спросил он. — Чтение философских трактатов о супружеской жизни? Разве моя искренняя и преданная любовь к Жозефине не самый надежный наставник?
— Философских трактатов? — нахмурилась она. — Ваша светлость, должно быть, шутит.
