А Рауль, кажется, чувствовал себя здесь как рыба в воде. По доверительному воркованию дворецкого стало понятно, что он частенько навещал маркизу прежде. Гобелены они обновили — надо же, какое событие!
Горькая желчь подкатывала к горлу, когда они следовали за слугой к женщине, которую Рауль когда-то любил. Недостаточно, чтобы жениться, но достаточно, чтобы наезжать в поместье, подальше от чужих глаз.
Дама, поднявшаяся им навстречу, была одета с вечерней откровенностью. Белоснежная полнота ее плеч и рук, почти обнаженной груди оттенялась чернотой бархата и блеском бриллиантов.
Живое умное лицо, высокая припудренная прическа, несколько деликатных мушек — на фоне такой соперницы Маргарет ощутила себя еще более невзрачной, чем обычно. Темно-синий шелк ее скромного платья казался неуместным в роскошной комнате, где стены были покрыты тисненым сафьяном, а мебель из резного ореха прекрасно сочеталась с узорчатым бархатом обивки.
— Граф и графиня Флери, — пропела хозяйка имения, перекрещивая свой взгляд со взглядом Маргарет.
Они несколько минут изучали друг друга, а потом маркиза беззастенчиво схватила ее за руки и звонко расцеловала. — Моя дорогая, — воскликнула она тепло, — поздравляю вас! Вы поймали в свои сети ветер!
Маргарет, на мгновение опешив от подобного обращения, не позволила себе отнять рук, лишь сдержанно улыбнулась, искренне надеясь, что на ее лице не написано замешательства.
— Спасибо, ваше сиятельство, — вступил в разговор Рауль, — что открыли перед нами двери вашего дома. Мы прибыли без предупреждения, но обстоятельства таковы…
— Обстоятельства таковы, что вы ни с того ни с сего женились, Рауль, — засмеялась маркиза Флурье и снова обратилась к Маргарет.
— Как это случилось, графиня?
— Признаться, я и сама не поняла.
— Вот как? — она слегка нахмурила брови. — Я-то полагала, что надо обладать несгибаемой силой воли, чтобы довести нашего милого Рауля до венца. Он известный непоседа, не успеешь и глазом моргнуть, как его и след простыл.
— Ну что вы такое говорите, — вяло возмутился он.
— Я широко известен своими надежностью и порядочностью. Пруденс, не слушайте ее, ради всего святого.
— Пруденс, — повторила маркиза. — Очаровательно. Расскажите мне быстрее, чем занимается ваша семья. Тканями? Вином? Или у вас шахты?
Да уж, насмешливо подумала Маргарет, видимо, в ее облике и правда нет ничего аристократического, раз уж даже при первом знакомстве ее скорее принимают за торговку, нежели обладательницу титула, пусть даже самого плохонького.
