Ее путь лежал в далекий пригород, туда, где заканчивались ухоженные поля, заливные луга и начинался дикий лес, куда за последние тридцать лет не ступала нога дровосека."
"Семейство Флери, некогда процветающее и обласканное королевскими милостями, ныне переживало не лучшие времена. Маргарет была готова поставить на кон свою непорочность, что вовсе не о юных прелестях Пеппы грезил жених, а радел о своих капиталах.
Сам по себе брак по расчету не представлялся дурной затеей — каждое трезвомыслящее существо мечтало сделать свою жизнь лучше.
И будь на месте графа более рассудительный жених, Маргарет бы и глазом не моргнув отдала за него Пеппу. Вот уж она намучилась с этой девицей, хоть бы кто прибрал ее скорее к рукам… Но выдать единственную племянницу за транжиру? Увольте, не для этого Маргарет десять лет кряду запугивала собой управляющих и тщательно проверяла накладные, не позволяя обворовывать юную госпожу сверх всяких приличий.
Дорога до замка показалась Маргарет чудесной прогулкой — ранняя осень принесла долгожданную прохладу.
Единственное, что ее беспокоило, это не слишком чистый воротник на рубашке возницы.
— Послушайте, милейший, — прокашлявшись, заговорила Маргарет тем особенным тоном, который сообщал собеседнику, какой милости его удостоили. — Это ведь не так сложно, в конце концов. Берете таз с водой, да погорячее, добавляете туда мыла и трете изо всех сил.
— Что? — разинул рот неряха, оглядываясь на нее через плечо.
— Следите за дорогой, любезный. Ваша рубашка, вот что. Она серая от грязи.
— Понятное дело, — согласился возница беззаботно, — все эти проклятые фабриканты. Весь город задымили своими заводами. Алхимики работают круглыми сутками, вот времена пошли, а? Нате вам и кристаллы для полива огородов, и для освещения. А слышали, на прошлой неделе выпустили новинку — кристаллы для кладовых, чтобы еда, значит, не портилась. Попомните мое слово, люди скоро и вовсе перестанут работать, знай себе заряжай кристаллы да плюй в потолок.
— Перестанут работать те, кто добывает или заряжает кристаллы, — возразила Маргарет.
— А бедняки останутся бедняками.
— Знамо дело. Мы с моей дорогой хозяйкой приглядывались — ба! Да самая завалящая шахта стоит больше, чем весь наш Арлан вместе с предместьями… А у герцога-то, сказывают, их десять!
— Семь, — машинально поправила Маргарет.
Некогда ее родной дядя, Кристоф Бернар, тот самый, который выгнал свою сестру Лилиан из дома за брак с моряком, согласился взять земли на севере Руажа за долги.
