— Ваша светлость, — заговорила она довольно спокойно, — мы могилку-то где копать будем? Полагаю, вы намерены предать земле вашего гувернера до того, как сестры вернутся от герцога.
— Выходите за меня! — выпалил он, совершенно искренне и бездумно. Вот она, женщина, готовая разделить с ним все тяготы бытия, не дрогнув и не растерявшись.
Пруденс посмотрела на него с жалостью.
— Вы, мой дорогой граф, всегда так нервно реагируете на потрясения? Как это с таким-то безрассудством вы все еще не женаты на какой-нибудь пронырливой дамочке?
— Я до смерти боюсь пронырливых дамочек, — признался он.
— Больше них только пауков да вот теперь болотных кувшинок. И дернул меня черт притащить сюда алхимика!
Она покосилась на обмякшее тело Бартелеми и задумалась.
— Завтра сюда нагрянет целая гильдия, — озабоченно проговорила Пруденс. — Это вам не милая домашняя лаборатория, где варят зелья для хорошего урожая и отраву от клопов. Здесь, ваша светлость, у нас мертвый гувернер, а это уж совсем другой расклад.
Не знаю, какие темные ритуалы практиковал ваш батюшка и, признаться, знать не хочу. Но то, что неприятностей вам теперь не миновать — это уж наверняка. Если только…
— Если только мы не найдем способ заткнуть ему рот, — закончил за нее Рауль.
Они уставились друг на друга, пытаясь осмыслить происходящее."
"— Насколько я знаю эту породу, — размеренно, почти равнодушно, заметила Пруденс, — деньгами его не пронять. Да у вас их все равно кот наплакал. А мы готовы подумать над тем, не притопить ли алхимика в болоте?
— Господи боже, — ужаснулся Рауль.
— Надеюсь, вы шутите… Вы же шутите, правда? — встревожился он, поскольку она оставалась совершенно серьезной. — Нет-нет-нет, Пруденс, я понимаю, что у вас сложилось превратное мнение о моей чертовой семейке, но я к выкрутасам отца не имею ни малейшего отношения, уж поверьте.
— Жадным — мзду, идейным — идею, — безо всякого выражения и вроде как невпопад ответила она, и пустота в серых глазах подсказала ему, что все-таки эта непоколебимая женщина глубоко ошеломлена и, может, даже напугана.
— Вот что, — решил Рауль, — давайте-ка для начала я выведу вас на свежий воздух, а потом займусь Бартелеми.
Но Пруденс покачала головой, подошла к алхимику, присела около него и похлопала его по щекам.
— А? Что? — испуганно встрепенулся он, распахнул глаза, оглядел лабораторию и застонал, будто надеялся, что пробудился от кошмара, но все равно оказался в нем.
