The Мечты. О любви

И тихонько проговорила, глядя на Андрюшу:

— Теперь жди. Он выспится. Подорвется в три часа ночи и нас поднимет.

— Это ты меня сейчас пугаешь? — рассмеялся Моджеевский негромко, как и Юлька.

— Предупреждаю. Нам придется его развлекать.

Она повернулась к нему и заглянула в его лицо.

— Ты угодил в эпицентр бабьей склоки, Моджеевский. Классическая и вечная проблема. Свекровь и невестка. Только у нас с отягчающими.

— Между прочим, в этот эпицентр я угодил твоими стараниями, дорогая, — ответил он, усевшись на полу у Андрюшкиной кроватки.

Она села рядом. Вытянула вперед свои бесконечные ноги в узких джинсах и проговорила:

— Заметь. Я предупреждала. Надо было смотреть, кого в дом тащишь.

— Надо было думать, когда от охраны отказывалась. Если бы ты не начала умничать, то ничего бы этого не случилось.

— Ах, так это была охрана, а не слежка!

— Я тебе еще тогда сказал, что за тобой присматривали, — терпеливо объяснил Бодя.

Юлька улыбнулась и положила голову ему на плечо, пальцами найдя его пальцы, чтобы сцепить их в замок. И согласилась:

— Убедились. Но охрану не хочу. А частный сад хочу. В этот Андрея не верну.

— Заведем няньку, — невозмутимо сказал Бодя.

— Андрюшки с другими детьми.

— Ну если коммуникация… я подумаю.

— Да уж озадачься, дорогой, — хихикнула Юлька, а потом выдохнула весь этот день коротким словом: — Ка-пец.

Богдан скользнул ладонью по ее голове, пропустил волосы сквозь пальцы и принялся массировать ее затылок.

— Пошли, пока мелкий демон дрыхнет, сами развлечемся, — прошептал он, коснувшись губами Юлькиного уха.

— Картошку будем жарить? — хохотнула она.

— Да и черт с ними, сало было, — промурлыкала она, поворачивая голову так, чтобы его губы оказались на ее шее. — Голодный?

— Как зверь, — проурчал Бодя.

— Тогда пошли картошку чистить.

Юля вскочила на ноги и теперь уже ему протянула руку. Он принял ее, поднялся следом и притянул ее к себе за талию.

— Давай пропустим этот этап, — проговорил он, глядя Юле прямо в глаза, — и следующий тоже.