The Мечты. О любви

И те — в прошлом году стали слишком уж быстро седеть.

— А мы не переехали, — проговорил он, возвращаясь к разговору, — и не совсем в гости. Я дом родительский продавать собрался. Можно было и из Торонто вопрос решить, но не смог не приехать проститься и хоть вещи разобрать. А у Жени каникулы, вот мы и…

— Нравится вам в Канаде? — спросила она, одновременно забирая у Царевича обглоданный кочан и вручая ему сухие плавки.

Тот поблагодарил и с важным видом принялся возиться под своим полотенцем. Покончив с облачением, выудил из необъятной сумки самосвал и устроился с ним в ногах у Жени.

— Иди к Лизе с Сашей поиграй, будешь им песок подвозить, — кивнула она в сторону активного строительства.

И получила крайне категоричный ответ:

— Нет. Нам с папой не нравятся чужие дяди. Тут буду.

— Передайте вашему папе, что мы с вашей мамой старые знакомые, — голосом, демонстрирующим Царевичу глубокий пиетет, проговорил Артем, после чего уселся на песок возле шезлонга и снова посмотрел на Евгению. Долгим таким взглядом.

Правда мало что выражающим, поскольку он и сам едва ли понимал, что чувствует прямо сейчас, встретившись с ней. С Мечтой. Надо было что-то про Канаду отвечать, но он уже не помнил вопроса.

Мечта открыла было рот, чтобы исправить недоразумение и объяснить, что Андрюшка не ее сын. Но тут же и закрыла, только в глазах чертенята заплясали. В сущности, с Юлькой он тоже был знаком когда-то давно. Женя поправила Царевичу кепку и перевела взгляд на строителей, где Лизон бухтела на Сашку.

— Ты не видишь, что ли, что у тебя сейчас башня рухнет? Укрепи основание.

— Зато она будет красивая, — отозвался Сашка, выкладывая из ракушек незамысловатый узор.

— Очень красивая! — тут же поддакнула подошедшая Женечка с ведром и по-деловому выдала новую идею: — А почему у вас рва нет? У замка должен быть ров! Па, скажи!

— Говорю, — согласился Артем Викторович, нехотя отвлекаясь от Жени-взрослой, и вернулся в исходную позицию, нужно же было что-то нормальное спросить: — А вы все там же работаете? Или из декрета уже… к-хм… не вернулись, простите?

— Вернулась, и меня даже уговорили побыть главным бухгалтером, — рассмеялась Евгения Андреевна, — правда недолго.

Быть главным, в чем угодно — точно не мое. А в прошлом году Роман основал благотворительный фонд, и я ушла из университета.

Откладывая в голове имя ее мужа, Артем усмехнулся. Вряд ли вышло весело, но как уж вышло.

— Значит, вы теперь Моджеевская?

— Андрей! — снова раздался Лизкин голос.