Мы больше не расстанемся.
И Ариана увела плачущую от счастья Теклу в дом Ибелина, где той и впрямь без труда нашлось место среди многочисленной челяди — с благословения толстухи Евфимии, которая полюбила Ариану, а кроме того, была довольна тем, что у нее появилась такая надежная помощница, чтобы присматривать за непредсказуемой Изабеллой. Да к тому же еще в тот вечер пришла радостная весть: Бог и на этот раз благословил войска молодого короля. В Монжизаре он с небольшим отрядом, насчитывавшим меньше чем тысячу человек, разгромил большую армию Саладина.
Побежденный султан обратился в бегство, и вот уже на глазах рождалась легенда, а крылья народной любви подхватывали ее и разносили повсюду. Рассказывали, будто от королевской руки пали многие сотни сарацин, будто сам святой Георгий в сияющих доспехах показался рядом с королем и бился с ним бок о бок. Во всех домах города, избавленного от страха, плакали от счастья.
И потому, когда трубы со стен Иерусалима возвестили о возвращении короля, поднялся неописуемый восторг, неудержимый, еще более неистовый, чем тот, каким встретили короля после его возвращения из Сирии.
К небу поднялся оглушительный шум. Каждый старался подойти поближе, коснуться королевской ноги или стремени, или хотя бы погладить Султана. Никого не пугала проказа: меч короля был мечом Всевышнего, а белое покрывало в раме стального шлема добавляло таинственности, столь милой народному воображению. Некоторые даже полагали, будто Бодуэн был живым взят на небо, а под непроницаемой кисеей скрывается, подобно гостии в дарохранительнице, сам святой Георгий.
И, когда король вслед за Истинным Крестом, который возвращался в храм, двигался к Гробу Господню, его конь ступал по ковру из пальмовых и лавровых ветвей, которыми устилали его путь. Колокола под содранными до крови руками звонарей звонили ликующе и торжественно...
Ариана, закутанная в длинную накидку с капюшоном, — стоял конец ноября и было очень холодно! — ждала его на месте их первой встречи.
Подъемный мост был опущен, решетки подняты, цитадель, распахнутая настежь, выплеснула наружу толпу, укрывавшуюся до тех пор в ее лоне. Стража пыталась сдержать огромную толпу, но остановить людской поток было невозможно, и, когда король показался, все хлынули ему навстречу. Ариану подхватила человеческая волна, ее едва не затоптали, и все же она, сама не понимая как, сумела пробраться в первый ряд.
