Тибо, или потерянный крест

— Вот как? Тогда почему же вы сидите в одиночестве в углу? Разве вам не следовало бы присоединиться к остальным?

На этот раз она осмелилась посмотреть королю в глаза.

— Здесь больше света, а я спешу закончить отделку рукавов, — объяснила она, указывая на холмик голубого шелка, выросший у ее ног.

— Света хватит ненадолго, уже смеркается! Я... я очень рад, что вы здесь...

Сказав это, он быстро зашагал прочь, возможно, опасаясь, как бы она не повторила свой безумный поступок, но опасения его были напрасны. Последние его слова наполнили юную армянку такой радостью, что она едва не лишилась чувств, и ей потребовалось некоторое время для того, чтобы подняться на ноги, а потом снова сесть на свой табурет.

Ей казалось, что в голосе Бодуэна, странно низком и глубоком для такого молодого человека, слышится ангельское пение... И этот голос волновал ее так, как не мог взволновать больше ни один голос на всем свете.

Она бы почувствовала себя еще более счастливой, если бы узнала, что и Бодуэн взволнован ничуть не меньше.

Тибо понял это, когда они вернулись в королевские покои, и Бодуэн вслух подумал:

— Она здесь, во дворце! Как это удивительно! Я думал, что никогда больше ее не увижу, и вот она сидит среди придворных дам моей матушки! Просто поверить невозможно, да?

Король говорил сам с собой, и все же Тибо не постеснялся прервать его монолог.

— Она ведь сказала вам, — ваша матушка послала за ней...

— Нет, она сказала не так. Ее слова все еще звучат у меня в ушах: «Ваша матушка забрала меня у отца.

..» Моя мать сама ездила за ней в армянский квартал? Тому, кто хорошо ее знает, трудно в это поверить.

— Насколько я разглядел, она — весьма искусная вышивалыцица...

— Среди дам и девиц, которые окружают матушку, вышивальщиц и без нее немало! Тогда зачем ей понадобилась именно она? Постарайся разузнать, Тибо!

Щитоносец поморщился. Ему совершенно не улыбалась мысль о необходимости лезть в окружение «королевы-матери». Тем более что Рено Сидонский, нынешний ее супруг, отбыл в свои владения, чтобы встретиться там с графом Раймундом Триполитанским и имеете с ним с почестями принять маркиза де Монферра.

Дело в том, что жених должен был сойти на берег в порту Сидона, и Бодуэн хотел, чтобы в Иерусалим он явился в сопровождении большой и представительной свиты. Вместе с Рено отправились Жослен де Куртене и множество баронов.

Тибо был не настолько самодоволен, чтобы вообразить, будто Аньес в отсутствие супруга станет на него покушаться.