— Что-то там со стеной, не так ли?
— Именно. — Я вскакиваю с кресла, обхватываю ее за талию и несу через всю комнату.
* * *
— Я вернусь через несколько часов, — говорю я Релье, который дежурит у входной двери, и надеваю куртку. — Если кто-нибудь позволит моей жене ступить за стены комплекса, я сверну ему шею.
— Конечно, босс. — Он кивает, сфокусировав взгляд на моей голове.
— Если кто-нибудь сообщит о чем-либо хотя бы отдаленно подозрительном, немедленно свяжитесь со мной.
— Обязательно.
Я поворачиваюсь, чтобы уйти, когда чувствую прикосновение к своему плечу и оглядываюсь.
— Что?
— У тебя что-то на голове, — пробормотал он.
Я запускаю пальцы в волосы. В руке оказывается несколько крупинок сверкающей золотой пыли. Я сжимаю переносицу и ругаюсь.
Иду на встречу с бостонской группировкой Cosa Nostra. С гребаными блестками в волосах. Я направляюсь к гаражу, ухмыляясь абсурдности всего этого.
Мы договорились встретиться через час за городом. Я бы предпочел, чтобы это произошло в моем клубе, но Нера Леоне хотела остаться вне поля зрения Аджелло.
Я останавливаю свою машину рядом с черным седаном с затемненными стеклами, глушу двигатель, и Филипп паркуется рядом со мной. На стоянке у закусочной стоит еще одна дорогая машина с тонированными стеклами. Похоже, жена Дона Леоне решила приехать сюда на машине, а не лететь самолетом, потому что на арендованные они не похожи.
На двери закусочной висит табличка ""Закрыто"", но свет горит, и, несмотря на то, что нигде нет официантов, за крайним столиком справа сидит женщина.
За ее спиной стоят двое мужчин в черных костюмах, руки сцеплены за спиной.
— Всего два телохранителя, — говорю я, выходя из машины.
Филипп прослеживает мой взгляд и пожимает плечами.
— Может быть, она хочет прояснить, что это мирная встреча.
— Или, может быть, она хочет, чтобы мы знали, что она нас не боится. — Я открываю дверь и направляюсь к женщине, которая руководила бостонской Коза Нострой, пока ее муж был болен.
Я никогда не встречался с Нерой Леоне лично, но знаю, что она гораздо моложе своего мужа, которому уже за шестьдесят. Я ожидал увидеть женщину лет сорока, наверное, а не около двадцати. Если это так. С ее темно-русыми волосами, ниспадающими на длинное красное пальто, я бы никогда не принял ее за хитрого противника, о котором много слышал.
Может, я и не веду дела в Бостоне, но я слежу за тем, что там происходит.
