Коричневое сукно черкески, серебряный блеск газырей, сияние орденов, на поясе кинжал и кобура с пистолетом. Застывшее красивое лицо, безукоризненный пробор на голове.
— Здравствуйте, товарищ майор.
— Здравия желаю, товарищ подполковник.
— Прошу извинить за поздний визит, но, вам уже докладывали о событиях в польской дивизии?
— Так точно.
— Если не секрет, что вы намерены предпринять против отряда мятежников?
— Красная Армия не воюет с гражданами союзной нам Польши.
— Это не граждане, а сборище бандитов и дезертиров, с оружием в руках выступивших против законных органов власти Польской республики.
Союзной нам республики, как вы совершенно справедливо изволили заметить.
— Советские военные комендатуры не вмешиваются во внутренние польские дела. Красная Армия несет народам Европы освобождение от фашизма, а не рецепты угодного ей государственного устройства.
— Известно ли вам, что мятежниками расстреляны два советских офицера-инструктора?
— Так точно. Уверен, что командование Красной Армии даст случившемуся надлежащую оценку.
— Вам, товарищ майор, не кажется, что случившееся в какой-то мере касается и вас, военного коменданта?
— В какой-то мере меня, коменданта, касается все. Однако это никак не дает мне права поступать, как удельному князю. Наоборот, вся моя деятельность в том числе применение воинской силы против польских вооруженных формирований, строго регламентирована соответствующими документами. Вы, как контрразведчик, с ними знакомы.
Шевчуку захотелось выругаться.
Да разве существует в мире сила, способная заставить этого майора отступить от буквы инструкции! А ведь Дробот должен был позвонить ему и замолвить за Шевчука словечко. Наверное, звонил, да разве такого чем-либо прошибёшь!
Серенко незаметно скосил глаза на часы. Сотня уже наверняка построена и ждет его, а он выдает афоризмы, после которых самому себя хочется обозвать идиотом. Может, выложить подполковнику всю правду? Мужик он вроде неплохой и должен его правильно понять.
А если нет? Больше того, Дробот, узнав об обмане с госпиталем, обидится и откажется остаться вместо него? Он же, комендант, не имеет права покинуть город, не оставив вместо себя квалифицированной замены… А с сотней к Красным Скалам должен идти только он. Не этот подполковник или Дробот, которые, он уверен, предложат свои кандидатуры, а он, лучший в дивизии командир батальона, которому дважды предлагали принять должность заместителя командира полка.
