Тихий остров

Делили один кабинет на двоих, а также все успехи и неудачи, включая сложные дела и нагоняи от начальства. Они были очень разными. Как по характеру, так и по методам работы в сыске. Гуров — сыщик по призванию, умный, интеллектуал, психолог, предпочитающий анализ. Крячко, несомненно, тоже умный, но с хитринкой. Склад его ума был несколько «крестьянским», как любил подшучивать Лев. При этом типичный практик. Не зная теоретических основ психологии, он умело применял свои знания, основанные на житейском опыте, на практике.

Крячко бодро приветствовал Верочку, на ходу рассказывая ей какой-то анекдот, от которого секретарша негромко смеялась, топтался в приемной, шумно кашлял, потом наконец затих. Орлов с досадой смотрел на дверь кабинета, ожидая, что она немедленно откроется и Крячко своим появлением тотчас нарушит хотя бы подобие спокойствия в его кабинете.

Ожидания не обманули генерал-лейтенанта: дверь резко распахнулась, и Крячко ввалился в кабинет.

— Здорово, Лева! — протопал он как медведь через весь кабинет и протянул Гурову свою огромную ладонь.

Орлов тоскливо смотрел на грязные следы на свежевымытом ламинате, оставляемые грубыми армейскими ботинками Крячко.

— Где ты грязь-то умудрился найти? — не сдержал он своего раздражения.

— Как где? — округлил глаза Станислав, протягивая руку и Орлову. — Прямо перед зданием нашего доблестного здания видел какая лужа?

— Ты в нее, видать, обеими ногами и влез! — проворчал генерал.

— Ты чего с утра не в духе, Петр? — пророкотал Крячко.

— Меня не ревматизм, меня инфаркт скоро прихватит от тебя, — махнул рукой Орлов.

— А я-то чем тебе не угодил? — еще больше удивился Стас. — Спешил на всех парусах, едва от тебя звонок получил! Старался, личный бензин жег, чтобы поскорее добраться.

— Твое излишнее рвение порой никому не на пользу, — продолжал разоряться Орлов, но тут вмешался Гуров, видя, что генерал-лейтенант, озабоченный, разумеется, в первую очередь отнюдь не поведением Крячко, а свалившимся на его голову новым делом, перегибает палку, причем не в ту сторону.

— Стас, Петр хотел поговорить с тобой о футболе, — чуть улыбаясь, проинформировал он. — Обратиться к тебе, так сказать, как к эксперту.