Тихий остров

Тогда у нас один за другим пропали без вести три человека."

"Как далее рассказала Анна Васильевна, все эти исчезновения пришлись на летний сезон и происходили примерно через месяц. Разумеется, жители Тихого этим были очень встревожены. Глава администрации поселка Склянцев и участковый Андронкин организовали поисковые группы, которые прочесали весь остров. В итоге удалось выяснить, что двое пропавших, скорее всего, стали жертвами фумарол, бесследно канув в их раскаленные кислотные недра. Поисковая группа, возглавляемая Брыгиным, оба раза находила проломы, исходящие кислотным паром в серовато-желтой корке серного поля.

А вот куда делся третий — никто так и не смог понять.

— Это Борис Цымасов, сын завуча нашей местной школы, — Чубарова чуть приглушила голос. — Ее единственный ребенок. Правда, парень отличался большими странностями. Его в поселке крепко недолюбливали. Он был весь из себя, эдакий принц датский, который на всех чихать хотел. Кстати, иные его так и звали. С подначкой, конечно.

По словам Анны Васильевны, после школы Борис поехал во Владивосток, хотел поступить в университет, но не прошел по конкурсу.

А в те вузы, куда его брали, он не пошел сам. Дескать, учиться вместе с плебеями — ниже его достоинства. Борис растратил деньги, взятые с собой, и вернулся в поселок.

Но в Тихом делать ему было нечего. Здесь имелось только небольшое профтехучилище при рыбоперерабатывающем предприятии. Он о нем и слышать не желал. Так Цымасов и шалберничал в одиночку, целыми днями без дела шлялся по поселку и его окрестностям.

Иногда парень коротал время со своей подружкой Маришкой Кусако. Анна Васильевна сказала, что эта молодая разведенка была по-собачьи предана своему Борюсеньке. Настоящих друзей в Тихом у него никогда не было. Ранее он поддерживал кое-какие приятельские связи с двумя одноклассниками, но те уехали учиться.

И вот в позапрошлом году, через двенадцать месяцев после возвращения из Владивостока, Борька Цымасов куда-то пропал. Искали его почти неделю, но без всякого результата.

Последний раз парня видели на берегу у Кривого мыса. Такой же скучный и угрюмый, как и всегда, он сидел с удочками в весельной лодке. Хотя потом кто-то говорил, будто заметил, как Борис якобы взбирался на одну из ближних сопок.

— Пока жив был — недолюбливали, как пропал — жалеть начали, — припоминая события той поры, неспешно рассказывала Чубарова. — Его матери люди очень сочувствовали. Отца у них нет давно. Где он и что с ним — никто не знает. Приезжие они.