– Под себя и свой рост покупал машину, – рассмеялся он, увидев растерянность на лице девушки. – Давай руку, и тут вот подножка есть, по-другому сесть не получится, извини. Точно не с твоим росточком.
– Принято считать, что размер машины мужчины указывает на его эго, – брякнула Олеся, залезая в машину и опираясь на предложенную мужскую руку.
– Я уж испугался, что ты сейчас о размере мужского достоинства скажешь! – рассмеялся Александр.
– А разве это не одно и тоже для вас, мужчин? – Олеся уже сидела внутри машины и все равно даже сейчас была ниже стоящего все еще на асфальте Александра.
– Молодец, Олеся Тихая! Осадила! – расхохотался шеф. – А ты вовсе не такая уж и тихая, да?
– Это у меня от нервов, извините, Александр Михайлович, – девушка залилась румянцем.
– Раздевайся и пристегивайся, Олеся Тихая.
– Неожиданно! – слово вырвалось у девушки раньше, чем она это осознала."
"Олеся даже губу нижнюю прикусила, видимо, боясь сказать еще что-нибудь в том же духе. В ее глазах скакал испуг, очевидно, что девушка уже ругала сама себя за вырвавшееся слово.
Александр же, лишь поймав ее быстрый и испуганный взгляд, осознал то, как двояко прозвучали его слова. Но развивать тему не стал, проговорил спокойно, как говорят с маленькими детьми, боясь их напугать:
– Ехать нам далеко, в машине тепло, а сиденья с подогревом. Так что снимай куртку! Едем праздновать, Олеся! – и, захлопнув дверцу с ее стороны, мужчина пошел к своему месту.
– Олеся, что ты несешь? Он же твой шеф! Субординацию еще никто не отменял, как сказал бы отец! – прошептала Олеся сама себе, торопливо снимая куртку и следя за тем, как Александр обходит капот своей машины и опять трогает свитер в районе груди, на этот раз почему-то поморщившись.
“Сердце, что ли, шалит?” – мелькнула даже мысль у Олеси.
Александр, опровергая ее предположение о больном сердце, легко сел на свое место за рулем, сел, даже не воспользовавшись той самой подножкой. Под его весом машина чуть накренилась, но тут же выровнялась.
– Пристегнулась? Готова ехать, Олеся Тихая?
– Готова, Александр Михайлович!
Шеф, странно глянув на девушку, кивнул и нажал кнопку на панели с надписью “Старт”, заведя двигатель. Машина послушно заурчала как большой и ласковый зверь, на дверях машины и на приборной панели загорелась узкая полоса подсветки насыщенного синего цвета.
Олеся восторженно рассматривала джип изнутри. У отца тоже был джип, но таких огромных, как этот, она еще не видела.
