Тихоня на боевом факультете

Но кто будет воспринимать меня всерьёз после истерики?

Словно со стороны слышу свой голос, он звучит глухо, но на удивление спокойно.

– Я должен быть в следующем патруле, если не найдём путь раньше.

Магистры обмениваются взглядами.

– Ты хоть представляешь… – Айленгор качает головой. – …как это происходит? Когда разлом открывается, оттуда несётся волна тьмы. Затем разлом схлопывается, и чёрное облако разваливается на сгустки, которые расползаются с бешеной скоростью.

– Тейлор прошёл через один из таких разломов? Это кто-нибудь видел?

– Нет.

– Значит, это не единственный путь.

– Тейлор был заражённым, – высказывает предположение Мардего. – Что если у заражённых остаётся связь с той стороной и они могут открыть путь туда?"

"– Эрлан, – в один голос говорим мы с Айленгором.

– Можно попробовать. – Айленгор трёт висок и тут же спохватывается: – Но тебе, Кестер, надо остаться здесь.

– Нет, – твёрдо отвечаю я.

– Моё предположение, – продолжает магистр, глядя мне в глаза, – вытащить с той стороны человека можно только через связь.

У меня внутри всё кипит, но я сдерживаюсь, стараясь говорить как можно спокойнее. Любая моя эмоция сейчас будет вызывать сомнения в том, что я способен думать головой.

– Позвольте не согласиться, магистр Айленгор. Тейлор ушёл на ту сторону с чётким намерением: выполнить миссию, то есть закрыть разлом изнутри.

– Да, и частично у него получилось, – признаёт магистр. – Лет на пять частота прорывов снизилась до двух раз в год.

– Но он жив?

– Видимо, да. До истории двадцатилетней давности это происходило ежемесячно, а порой и чаще. Но о чём это говорит?

– О том, что от моего отца ему нужна была помощь, но не для того, чтобы вернуться, а чтобы призвать магов на ту сторону. В последнем видении Мели он сказал, что закрыть разлом с нашей стороны невозможно и что ему нужна помощь там.

– Да помню я. – Айленгор морщится.

– Так найти и допросить моего дядю – это не та возможность, тем более что улик против него нет. Вы просто потеряете время. А Мели там в опасности.

Мой голос всё-таки срывается. Как подумаю, что моя Мели сейчас непонятно где. И не просто в неизвестном месте, но там, откуда приходят те, с кем наш мир бьётся уже несколько веков.