Тихоня для мажоров

Мне нечем дышать, и я пытаюсь сделать глубокий вдох, чтобы унять быстрое биение сердца и успокоиться, но ничего не получается. Я забываю о нанесенной помаде и до боли кусаю губу, чтобы хоть как-то успокоить разбушевавшееся чувство запретной страсти. Меня накрывает волной удовольствия сразу, как чувствую скольжение его рук по моим бедрам: то вверх, то вниз.

Он наклоняется к моему уху и обдает горячим дыханием. Я напряжена до предела, но не отстраняюсь: мне интересно, что он задумал. Понимаю, что это уже далеко не танец, больше прелюдия… с тремя сотнями зрителей.

— Это лучший момент этого вечера, — слышу томный шепот и чувствую легкое касание губ к мочке уха.

Я инстинктивно подаюсь назад, прижимаясь сильнее, и чувствую, как его член упирается в меня. И это через две минуты: даже мелодия, под которую мы танцуем, не кончилась, а я уже готова выпрыгнуть из платья.

— Соглашусь, — подыгрываю ему, хоть и шепчу охрипшим от жажды голосом.

Во рту мгновенно становится сухо, но мужчина и не планирует меня отпускать.

Да я и не хочу: в его объятиях настолько хорошо, порочно и возбуждающе, что не хочется расставаться. Это то, что мне нужно в данный момент.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Мы можем отсюда сбежать. Прямо сейчас, — предлагает он, а у меня ни одного слова против. Я ведь тоже хочу. Я планировала, черт возьми. Я даже белье не надела в надежде, что это оценят.

И он не медлит, сжимает мою ладонь и стремительно ведет на выход.

Не говорит куда, да это и не важно. Зачем? Это и так понятно. Я тороплюсь, попутно выхватываю у официанта бокал с шампанским и налету осушаю его. Игристый алкоголь тут же ударяет в голову, так, что я даже не помню куда дела фужер. Едва ли я понимаю, куда мы идем. Перед глазами только его широкая спина, а в голове желание и эйфория от предвкушения того, что сейчас будет.

Мы выходим из банкетного зала и направляемся в сторону гардеробной, но в какой-то момент оказываемся возле лифта.

Моя спина касается холодного кафеля и этот контраст убивает еще сильнее. Его тело прижимается так близко, что я сквозь ткань чувствую каждую его мышцу. Он вдавливает меня в стену, сжимает рукой мою талию и говорит:

— Мы поедем наверх, не хочу терпеть.

Я слежу за тем, как его рука нажимает кнопку вызова лифта. Всего секунда, створки отворяются и меня засасывает в эту воронку: наши губы сплетаются, а руки живут отдельной жизнью.