Тихоня для мажоров

— Спасибо за оказанное доверие, — благодарю под конец и возвращаюсь в кабинет.

Только за дверью, скрывающей меня от любопытных взглядов я, наконец, могу выдохнуть и расслабиться. Сажусь в кресло и откидываюсь на спинку, беру в руки телефон, открываю чат с Егором и читаю присланные сообщения.

Вздыхаю и безжалостно удаляю каждое смс, чищу историю и заношу контакт Егора в черный список. Закрываю переписку и открываю чат с Артемом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я не дочитываю до конца, проделываю то же самое, что сделала с сообщениями Егора и блокирую Артема.

Меня терзали противоречивые чувства, но сейчас я окончательно убеждаюсь в правильности своего решения, как и в том, что нам с ними не по пути. Я для них игрушка. Желанная, возможно, немного недоступная и своевольная. Женщина с характером, не принадлежащая ни одному, ни другому. Мне не двадцать, чтобы не понимать, что именно их заводит. Именно поэтому я принимаю решение окончательно порвать с ними. Это сложно, но я уверена, что справлюсь. Должна, потому что в итоге, когда они наиграются, я окажусь за бортом, а Егор еще и ребенка отнимет, если вдруг я окажусь несговорчивой.

— Юля? — слышу удивленный голос Матвея: моего давнего. — Как твои дела? Все в порядке?

Стандартные фразы, которые он задает всегда, но от них становится теплее. Я знаю Матвея несколько лет. Он отличный врач, идеальный собеседник и если он спрашивает о самочувствии, он действительно беспокоится, а не говорит это, потому что того требуют правила хорошего тона.

— Привет, Мэт. Все хорошо, — я стараюсь говорить спокойно, но голос все равно срывается. — У меня к тебе просьба, которую можешь выполнить только ты.

— Юля, — он говорит так, что я сомневаюсь в принятом решении, но вовремя одергиваю себя и уверенно говорю:

— Мне нужно решить эту проблему.

— Ты что, реально решил рассказать ей правду? — рычит Артем, а я с силой стискиваю зубы, потому что да, собирался все рассказать.

Объяснить ситуацию, чтобы между нами больше не оставалось секретов и недомолвок.

— А почему нет? Она должна знать правду!

— Да ладно, — Артем ухмыляется, а затем крутит пальцем у виска. И мне пиздец как не нравится это жест.

— А у тебя другое мнение? Как я вижу, ты и дальше хочешь водить ее за нос.

— Я ее, брат, спасаю от твоих хуевых игр. Она, сука, беременна. А ты ей правду хотел сказать? Да она бы ни в жизни нас не подпустила к себе. The end, твою мать.