Тёмное сердце ректора Гордеева

Но есть способ… превратить меня в человека. Такого же как ты.

Несколько секунд я молча переваривала то, что он сказал. Превратить его в человека? Такого же, как я?!

Потом вскочила, мотая головой.

– Нет! Ты не можешь… не должен… И вообще, как это поможет с детьми?

Демьян тоже сел, опираясь о подушки.

– С детьми, вероятно, не поможет… Хотя… наши гены станут более схожими, и возможно зачать ребенка будет несколько легче. Но если уж не суждено, это как минимум обнулит заклятье моей бывшей, которое весьма специфичное и рассчитано на мой вид.

Это было очень соблазнительно, однако я снова мотнула головой.

– Нет, Демьян. Подумай о своей матери. И представь, что она сделает со мной, если узнает, что из-за меня ты…

– Ничего моя мать тебе не сделает. Фаталистичнее и флегматичнее особы еще поискать надо – она с детства не вмешивалась в мою жизнь. Хотя сейчас я бы предпочел, чтобы вмешивалась хоть немного – может, я бы и послушал, если бы она посоветовала мне не жениться на Миле и не сводить свою судьбу с Аспидами.

– Как ты мог вообще на этом крокодиле жениться? Она ведь наверняка похожа на братца со всеми этими слюнями… Фу!

Лицо Демьяна изумленно вытянулось.

– Петр показал тебе свой истинный облик? Да не может этого быть! Никто не скрывает свою звериную сущность тщательнее Аспидов! У них несколько градаций личин, всегда натянутых одну на другую, и самую последнюю, истинную, они скрывают от всех, даже от себя в зеркале!

– Не знаю, нарочно ли он показал мне себя таким, какой есть, или это я разглядела без его желания… Тогда в ресторане, я вообще увидела его в маске – тем внутренним зрением, сквозь стену.

– Хм… – Демьян надолго замолчал, что-то явно просчитывая у себя в голове.

Настолько надолго, что я чуть не уснула. И подпрыгнула, когда он снова заговорил, выдернув меня из какого-то приятного, полу-эротического сна.

– Мне сейчас пришла в голову странная, можно даже сказать дикая мысль.

– Ммм… – сонно промычала я, пытаясь вспомнить, о чем мы говорили.

– Это ведь не Петр тебя травил – ему твоя слепота показалась на руку, но до отравления он про тебя вообще не знал. И не был в стране. Значит, действовал кто-то другой – с совершенно другими намерениями. И я подумал… А что если тебя отравили… специально?

Я поморгала, пытаясь осмыслить его дикую мысль.