Тёмное сердце ректора Гордеева

Меня от одного запаха до сих пор мутит. 

– А что ему еще делать, если его уволят за правду? Знаешь, какие условия в таких местах? Я сама официанткой работала – прекрасно знаю, как оно бывает… Что хозяин сказал, то и делаешь. И молчишь.

– Ты? Официанткой? Надеюсь, не в такой же низкопробной шаражке?

– Эта «шаражка» по сравнению с моим прошлым местом работы – королевский дворец. И, уверена, здесь не требуют от официанток присоединяться к гостям в закрытых кабинетах, как в моем бывшем ресторане…

Я закрыла рот в ту же секунду, как только поняла, что именно я ляпнула и как ужасно, пошло и по-шлюшески это звучит.

– Ну… – холодея и вслушиваясь в тишину вокруг меня, попыталась объясниться. – То есть… я не то имела в виду. Я в общем… Не конкретно в моем случае.

Тишина стала почти звонкой, причем, что удивительно, ее не пробивали даже звуки ресторана – словно вокруг нас вырос защитный купол марева. Что-то звенькнуло, стукнуло, и я физически почувствовала напряжение – густое, вязкое и холодное.

Как кисель из холодильника. 

– Я зря это сейчас сказала, да? – втянув голову в плечи, я лихорадочно соображая, с чего начать объяснение, что мне предложили, но я отказалась – ушла в тот же момент. Из-за чего собственно вся эта заваруха с проигранным поцелуем и завертелась.

Тишина лопнула, звуки ресторана вернулись, и я даже тихонько выдохнула от облегчения.

– Ты зря присоединялась к клиентам в частных кабинетах. А то, что сказала – мне плевать, уж прости.

Я не ревную из-за какой-то там парочки минетов под столом. У всех свои грязные секреты.

Меня словно ледяной водой из ушата окатили.

Хотя нет, скорее помоями.

– Ты серьезно думаешь, что я… – голос предательски задрожал, и мне пришлось замолчать, чтобы несколько раз приказать себе – не плакать, не плакать, не плакать!

– Я думаю ровно то, что ты мне сообщила, – ответил он холодным тоном, демонстративно принимаясь за еду – так, будто ему действительно «плевать».

– А точнее, сопоставляю факты. Ты заступаешься за официанта, утверждая, что он делает то, что прикажут. Потом рассказываешь про свой ресторан, в котором происходило именно это – бесправные официантки слушаются хозяина, и в том числе выполняют некоторые поручения… интимного характера. Из чего следует, что ты занималась тем же. Логика, моя девочка. Простая, человеческая логика.

И снова эта звенящая тишина – будто магический щит вокруг нас подняли.