Тёмный трубач

Главный удар пришёлся на колонну Ледяной Короны Ревении.

Роун показалось, что мир раскололся. Пол под ногами ходил ходуном. Всё вокруг дрожало и громыхало. Колонна превратилась в ослепительно сияющий факел, искры которого опаляли соседние колонны. Имфри! Он не мог видеть и был там, за теми колоннами! Только теперь немыслимый свет ослепил и её.

Роун опустилась на землю и поползла, находя дорогу на ощупь. Взрывы оглушили её. Ровное гудение машин превратилось в один многоголосый вопль, как будто они были живые. Воздух раскалился и стало трудно дышать.

Только случай помог ей наткнуться на Имфри. Почувствовав его ноги, Роун с трудом подтянулась, а после тянула его за собой, пока они оба не уперлись в дальнюю стену пещеры. Отсюда выхода не было — тем более, что ни один из них не видел, а дверь находилась очень далеко. Роун надеялась, что им удастся продержаться и противостоять всепоглощающей стихии.

Сандар! Первый раз за всё время Роун вспомнила о нём и поморщилась. Удар пришёлся как раз по колонне, за которой он прятался.

И теперь, если он мертв, то это дело её рук. Но она ведь не хотела этого. Она не собиралась причинить ему зло, только выбить станнер, дать ему шанс.

Гул пожара утихал или она стала глохнуть. Роун изо всех сил тёрла глаза, силясь заставить их смотреть. Глаза невыносимо жгло, слёзы градом лились по грязному лицу, кроваво-красная пелена застилала мир.

Как долго длился этот ужас, сказать было невозможно. Час или несколько часов, или же целые сутки. Казалось, он никогда не кончится.

Наконец Роун поняла, что всё подошло к концу. Жара спала, пожар прекратился и всё вокруг перестало взрываться и грохотать. Они попали в ловушку темноты и удушающей гари.

Продвигаться вдоль стены на ощупь? Это единственный шанс. Роун толкала Имфри перед собой. В каком направлении идти, Роун не знала, хотя скорее всего налево. Так, не отрываясь от тёплой стены и стараясь не потерять контакта, они медленно двигались вперёд. Глаза продолжало резать и жечь. В её душе зародился новый страх.

Неужели она ослепла?

— Где мы? — В голосе полковника звучали страх и растерянность, так ему несвойственные. Так говорит человек, неожиданно проснувшийся в незнакомом месте.

— В установке. Нет, стой!

Имфри стал неожиданно вырываться, но Роун ещё сильнее сжала его руку и толкнула вперёд.

— Кто ты? — испуганно спросил он. — Что, что я здесь делаю? Где я?

— Не вырывайся, держи мою руку, или мы не выберемся! — собрав волю в кулак, приказала Роун. — Мы не можем видеть.