Тёмный трубач

Последствия одного-двух размывов почти скрыли быстрорастущие лианы. Всюду были видны следы старых лавовых потоков. Местная растительность приспособилась к пустыне. Стояла середина лета, период цветения почти закончился. Но тут и там всё ещё виднелись поздние цветы, маленькие цветные флажки. На лианах висели зреющие жёлтые плоды. Дважды при приближении хоппера взлетали птицы, оторванные от кормежки.

Мы покружились над обрывом и увидели перед собою Батт. Нельзя было лучше приспособиться к местности: часть горы удалена, на её месте сооружён сторожевой пост.

Он был организован сразу же после Первой Посадки, когда ещё оставались сомнения относительно туземной фауны, и должен был служить защитой на пути в дикую лавовую местность. Хотя вскоре стало ясно, что необходимости в такой защите нет, и крепость служила штаб-квартирой патруля, пока тот располагался на планете.

Я посадил хоппер на площадку у главного входа. Двери оказались засыпанными песком и выглядели так, будто их заварили. Лугард неуклюже выбрался из машины.

Он потянулся за сумкой, но я уже протягивал её. Судя по сумке, он путешествовал налегке, и если там нет никаких припасов… что ж, может, он передумает и захочет, пусть даже временно, погостить в нашей секции.

Он не запретил мне следовать за собой, просто пошёл, держа в руках металлическую пластинку, которую я уже видел в порту. Подойдя к засыпанной песком двери, он долго стоял, глядя на крепость, как будто ожидал, что одно из разбитых окон откроется и оттуда его окликнут. Затем чуть нагнулся, всматриваясь в дверь.

Протер рукой её поверхность и вложил пластинку в прорезь замка.

За последние годы я потерял веру в надёжность и выносливость механизмов и поэтому ожидал разочарования. Но на этот раз я ошибся. Конечно, последовали мгновения ожидания, но затем казавшаяся цельной поверхность неслышно раздвинулась. Одновременно вспыхнул свет, и мы увидели длинный коридор с закрытыми дверями по обе стороны.

— Проверьте, есть ли продовольствие, — сказал я.

Он повернулся, чтобы взять сумку, которую я всё ещё нёс, и улыбнулся.

— Хорошо. Входи и проверь…

Я принял приглашение, хотя и догадывался, что он предпочёл бы остаться в одиночестве. Но я теперь знал Бельтан лучше его. Я улечу в хоппере, а он… он будет здесь совершенно один.

Он прошёл по коридору к двери в дальнем конце, быстро и решительно провёл рукой над пластиной, вделанной в её поверхность. Дверь открылась, мы стояли перед гравилифтом. Тут Лугард проявил осторожность, бросив в лифт свою сумку.