Тёмный трубач

Наконец, повернув чудесную палку и используя её как опору, умудрился встать. Пошатываясь и останавливаясь, я добрался до чёрной дыры, проделанной оружием, и посветил внутрь фонарем. Свет отразился от водной поверхности: целая река стремилась из тьмы во тьму. Я медленно двинулся назад, к уступу, светя перед собой, чтобы Дайнан знал, что это иду я.

Я услышал его зов и прислонился к стене, обдумывая, что делать дальше. Обрывками одежды я как можно плотнее обмотал тело. Но кровь продолжала сочиться из порезов.

И холод мучил по-прежнему. Я не смогу подняться с Дагни, даже если Дайнан попытается мне помочь. Но и оставить детей и идти за помощью я не могу.

— Да, Вир? — радостно отозвался он.

— Ты сможешь подняться наверх и добраться до лагеря?

Я просил у него многого. Нет ли в пещере других чудовищ? И сможет ли он добраться без помощи?

— Постарайся, Дайнан.

Я не мог выказать тревоги: моя твёрдость должна поддержать его в пути.

— Слушай. У меня есть оружие. Не знаю, что это такое… я нашёл его здесь.

Нацеливаешь, нажимаешь вот эти места на поверхности, и отсюда вылетает очень горячий луч. Я даю его тебе. Если встретишь такого зверя, стреляй в середину тела. Понял?

Голос его зазвучал увереннее. Из-за оружия, которое я даю ему? Человек всегда чувствует себя увереннее с оружием в руках. Может, поэтому мы держимся за оружие и развиваем скорее тело, а не мозг, как нужно делать по мнению многих на Бельтане. Но остаться без оружия… Я осмотрелся, держась руками за обломки скал.

В тот момент я вовсе не был уверен, что смогу проделать необходимое для нашей с Дайнаном безопасности путешествие.

— Подожди, Дайнан. Я должен достать оружие себе. — Я двинулся вперёд, боясь остановиться, чтобы не упасть и больше не встать. Раны, нанесённые когтями, горели. Я подумал о яде и тут же постарался отогнать эту мысль, сосредоточившись на необходимости добраться до ледяного склада и добыть другой жезл. Проковыляв мимо обгоревших останков чудовища, я осветил фонарём полурастаявшую стену и торчавший из неё ящик с откинутой крышкой.

Я достал из ящика второй жезл. В ящике оставались ещё два. Но они были другими. Тот, что я вынул, был серо-голубой, как и первый, а остальные два — тускло-серебристые. Я направил тот, что держал в руке, на ледяную колонну и выстрелил. Снова волна жара, лёд растаял.

Изо льда высвободился только один ящик. За ним я увидел смутные очертания больших ящиков, какие-то тени.