Тёмный трубач

Кое-где они оставили о себе напоминание, спрятали свои вещи. И по ним наши мудрецы хотят как можно больше узнать об их владельцах. Ведь они знали больше, чем мы, они могли делать такое, что нам кажется невозможным. И каждая такая находка пополняет наши знания и приближает тот день, когда мы узнаем все их секреты. Мой дядя и мой двоюродный брат, тот молодой человек, которого ты видела, они оба хорошо разбираются в сокровищах. А меня учили помогать им, ведь я из их семьи и поэтому должна хранить их секреты.

Роун изо всех сил старалась облечь рассказ в понятную Людорике форму.

— Обнаружив себя, я нарушила очень важный закон, и мне придётся за это отвечать. Но ты не виновата…

— То есть ты считаешь, что они не должны забирать у меня память?

— И всё же ты должна соблюдать закон, это я понимаю, — перебила её Принцесса. — Но, Роун, я не могу отдать им свою память и сдаться Реддику. Я также не могу потерять Корону, когда я так близко от неё. Я разговариваю с тобой, как с достойным противником.

— Я не хочу быть противником.

— Да, а что будет с тобой, Роун? Неужели они возьмут и твою память в наказание за то, что ты помогла мне?

— Они могут. Или же отправят меня куда-нибудь, где я должна буду находиться до конца жизни.

— В тюрьму? И ты позволишь им сделать это?

— Ты не понимаешь. Они обладают такой силой и властью, которую ты даже не можешь себе представить. За ними стоят другие, ещё более сильные. В конце концов, они поступят со мной как захотят.

Принцесса села на кровать:

— Я тебя не понимаю.

— Но тебе этого не понять.

Роун подумала о тех способах, которыми они воспользуются, чтобы поймать её. Дядя Оффлас, быть может, обратится за помощью в Службу. Принцесса находилась под влиянием, но теперь Роун видела, что и она сама была под какого-то рода влиянием, от которого она не могла освободиться без посторонней помощи.

— Если хочешь, оставайся, — сказала Людорика, — но я не позволю им распоряжаться своими мозгами.

— В Яттон, если только удастся избежать сетей Реддика. Он упрям, и просто так меня не отпустит. А ты, чего же ты, останешься ждать, пока тебя заберут в тюрьму? — В её словах звучало презрение.

Но Людорика не могла знать: бежать было бесполезно.

Если бы Роун удалось уговорить Принцессу заключить сделку с дядей Оффласом. Только время для сделки уже прошло.