Тиран моей мечты

И впереди у него явно кашель — пока мальчик лишь хрипел, но слизь из горла не выходила. А значит, инфекция его покидать не спешила.

Я только и успела, что закрыть книжку и тихонько выскользнуть из комнаты, как услышала звук от поворачиваемого во входной двери ключа. Посмотрела на часы — четыре часа дня. Значит, Назару Миролюбовичу сегодня повезло, и он смог закруглиться к четырем, как и говорил мне.

Сердце почему-то замерло, когда я вышла в коридор и стала наблюдать за Черным. Он положил свой дипломат на банкетку, снял пальто, убрал его в шкаф, а затем начал разуваться.

— Как прошел день, Тина? — спросил спокойно, кинув на меня короткий взгляд.

— Нормально. Ярик не сильно капризничал. Сейчас спит.

— Хорошо, — кивнул Назар Миролюбович, по-прежнему занимаясь ботинком. — Уже лучше себя чувствует. Он сильно капризничает, когда болеет. Значит, выздоравливает.

В этот момент начальник поднял голову — и буквально обжег меня взглядом.

— Тина… опять ты за свое. Хватит гладить себя.

Точно.

Отдернула руки и спрятала их за спину.

— Извините. Я… могу идти? Назар Миролюбович нахмурился, надевая тапочки.

— Идти? — Да. Домой. Вы говорили, что когда вернетесь, я смогу… Он сделал шаг вперед, ко мне, и я запнулась.

Сглотнула.

— Ну? Что ты там сможешь, Тина? И взгляд такой насмешливый.

— Смогу… Назар Миролюбович поднял руку и дотронулся до моей щеки.

Пальцы его были прохладными после улицы, но все равно очень приятными.

— Сможешь.

Последний разделяющий нас метр — и я всхлипнула, почувствовав его губы на своих губах, и его руки — на своих щеках.

Властно, но нежно, и так сладко… Я даже не заметила, как сама обняла его, и прижалась крепко- крепко, стремясь быть как можно ближе. Мысли уплыли, утонули, как бумажный кораблик в ручье, и если бы меня в ту секунду спросили, как мое имя, я не смогла бы вспомнить. Я превратилась в комок невыносимо приятных ощущений.

Нежность, желание, страсть… и немного страха.

Слишком мало, чтобы остановить меня.

Остановило другое. В тот миг, когда Назар Миролюбович начал расстегивать верхние пуговицы на моем платье, я вспомнила о спящем Ярике. И перехватила руку начальника.

— Нет.

Черный посмотрел на меня раздраженно.

— Ну что опять? — А если Ярик проснется? Ладонь Назара Миролюбовича легла мне на грудь, сжала, погладила напрягшийся сосок.