Ткань наших душ

— Но я не соглашалась…

— Да, вы согласились, когда подписывали договор. Ваш брат не сказал вам?

Мои плечи опускаются. Нет, конечно, не сказал. Мне придется отправить ему очень длинное и многословное сообщение позже. Ненавижу, когда у меня нет своего личного пространства, куда можно было бы сбежать.

У окна стоит одинокая фигура — мужчина с темными волосами, с указательного пальца которого капает кровь.

Он ранен.

Джерико не выглядит обеспокоенным, он идет через комнату и заматывает палец мужчины в носовой платок.

— Я дважды стучал, почему ты не открыл дверь? — говорит он раздраженным тоном. Человек, истекающий кровью, смотрит на Джерико, и мое сердце замирает в груди, когда эти голубые глаза медленно двигаются, встречаясь с моими.

— Лиам?

Его имя слетает с моих губ на одном дыхании.

Глаза Лиама расширяются, а затем снова переходят на Джерико.

— Она моя новая соседка?

Он не звучит расстроенным, скорее удивленным.

Джерико улыбается и кивает, но прежде чем он успевает ответить, я прерываю его.

— Что это за реабилитационный центр? Я не могу жить в одной комнате с мужчиной.

Джерико сужает глаза, но отмахивается от меня.

— Вы согласились на это, Колдфокс. Мы подбираем вам соседа по комнате, идеально подходящего для вашего плана лечения. Я знаю, это кажется странным, но в нашей реабилитационном центре один из самых высоких показателей выздоровления. Как я уже говорил, мы нестандартны. А разве вы не говорили раньше, что вам нравится секс? Ну, вот, пожалуйста.

Мои кулаки инстинктивно сжимаются по бокам.

Я могу это сделать.

Каким бы странным ни было это место, я должна попытаться сделать это ради Джеймса. Каким бы коварным он ни был, должна признать, что все это как-то… захватывающе.

Я нерешительно смотрю на Лиама: он выглядит таким спокойным и отрешенным. Все такой же загадочный мужчина с первой ночи нашего знакомства.

Я должна была догадаться.

Он тоже болен.

IV

Уинн

Джерико не нужно нас представлять, ведь мы уже знакомы. Он ставит мою сумку на ближайшую к двери кровать, улыбается и говорит, что обед будет в полдень, а затем уходит, как будто это совершенно нормально.

Мы с Лиамом смотрим друг на друга в течение нескольких неловких мгновений, прежде чем я поворачиваюсь к своей кровати и начинаю распаковывать вещи.

Каждый нерв в моем теле напряжен, потому что я знаю, что он наблюдает за мной.