Тление

— Родина, сегодня у нас нет времени на эти игры, — осадил ее Жан-Клод. — Я сожалею о твоей утрате, хоть и не разделяю ее, однако здесь и сейчас у нас на пороге враг, и это должно быть нашей приоритетной задачей.

Она нахмурилась и потерла свой лоб.

— Сегодня я сама не своя. Я сожалею, что все еще не справляюсь со своими обязанностями.

— Мы оба сегодня не в себе, — добавил Ру, обнимая ее за плечи, чтобы прижать к себе.

— В следующем году на день рождения у вас будет отгул, — пообещала я.

— Спасибо, — поблагодарил меня Ру.

Родина промолчала — она просто держалась за руку своего брата, которой он придерживал ее у своей груди. Глаза у нее были закрыты, и я могла поспорить, что она сдерживает слезы. Ну все, хватит.

— Вы двое знаете еще что-нибудь, что может помочь нам победить Деймоса? — спросила я.

Родина покрепче вцепилась в своего брата, зажмурившись так сильно, что ее лоб покрылся морщинами — она словно думала, что если глаза у нее будут закрыты, то ничего плохого с ней не случится. Мне всегда казалось, что она больше похожа на меня — смотрит чудовищу прямо в глаза, и если ничего другого не остается, то хотя бы плюнет ему в лицо.

Родина зарылась лицом в сгиб локтя Ру, вдыхая его запах. Я бы со своим братом себя так вести не стала, но он-то не был верживотным, и не понял бы, что прикосновение и запах — они о комфорте, а не о сексе. Эти мысли были странными, но я понимала, что причина кроется в моих человеческих комплексах.

Никки подошел ко мне и наклонился к моим волосам, чтобы шепнуть:

— Она слышит все, о чем ты думаешь.

— Прости, Родина, я не хотела, чтобы мои мысли сделали тебе хуже, ты же знаешь, я не всегда справляюсь с контролем своих мыслей.

— Ты должна быть разочарована во мне, — произнесла она. — Я не служу тебе так, как должно.

Родина открыла глаза и позволила мне увидеть в них проблеск леопардового золота перед тем, как я ощутила жар ее зверя, подобный теплому бризу. Если бы я не стояла так близко, я бы его не почувствовала, и даже не поняла бы, кто находится в этой комнате.

Глаза у Ру тоже налились леопардовым золотом. Боже, сколько же в них было самоконтроля.

— Мы — Арлекин, — низким голосом произнесла она.

— Я знаю, кто вы такие, — сказала я.

— Никто из них не ответил, — добавил Никки, приблизившись к нам.

— Они — мои Невесты, они не могут навредить мне, — возразила я, но про себя подумала, что было очень трудно избавиться от маленького, крохотного червя сомнения в этом.

Никки отодвинул меня от них.