Тление

Думаю, Кейн был как зеркало для твоей собственной ревности. В нем ты впервые увидел то, что видели в тебе остальные, и больше не захотел так жить.

— Я знал, что ты смертельно опасный враг, но не догадывался, что ты также и мудрый друг, — сказал Ашер.

— Я не твой друг, я друг Аниты.

— Я тебе не нравлюсь.

— Ты не дал мне повода для обратного.

— Справедливо, — Ашер повернулся ко мне. — Возможно, твой друг прав, и Кейн был нужен мне, чтобы я увидел свои собственные ошибки.

— Если так, то я благодарна судьбе за это, но Кейн по-прежнему остается проблемой.

— Что будет, если ты его убьешь? — поинтересовался Эдуард.

— Это может убить Ашера.

— Мне казалось, Ашер уже пережил однажды смерть своей слуги-человека.

— Пережил, — я не стала уточнять, что это был один из самых болезненных моментов в жизни Ашера, да и Жан-Клода тоже. Просто голый факт и едем дальше.

— Тогда почему бы ему не пережить и смерть зверя своего зова?

— Я по-прежнему влюблен в Кейна, — возразил Ашер.

— Я видел твою реакцию, когда Питер вырубил его.

— Я люблю его, — продолжал настаивать Ашер.

— Но ты не влюблен в него, так? — уточнил Эдуард.

Ашер колебался, но все же ответил:

— Все ты знаешь, просто не хочешь признаться себе в этом.

— Проясним кое-что, Тед, ты не можешь убить Кейна, если только он не попытается убить тебя или Питера, или еще кого-нибудь. Он пока еще не та проблема, которая требует незамедлительного решения, еще нет.

Эдуард пожал плечами.

— Мы ведь не можем убить его только потому, что он потенциально представляет угрозу? — спросил Питер.

— Ты не можешь, — ответил Эдуард.

— Никто не может, — добавила я.

— Ты хочешь сказать, что Питер не может хладнокровно убить Кейна, но ты можешь, — заметил Ашер.

— Это может убить меня.

— И все же это выход, — сказал Эдуард. В этот момент я вдруг поняла, насколько же сильно ему не нравился Ашер. Они мало времени проводили вместе, но он слышал от меня всякое и видел последствия нанесенного вреда.

— Нет, это не выход.

— Тед, не надо, — поддержал меня Питер.

— Тогда держите его подальше, пока мы с Питером здесь. Если он при мне навредит Аните, я не стану колебаться.

— Если он навредит Аните, это другое дело, — согласился Питер.

Эдуард посмотрел на своего сына, и его глаза сделались холодными и безжалостными, как январское небо перед бурей, которая с головой накроет тебя метелью.

— Ты сделал Кейна своим врагом, Питер.