Тление

Спорить никто не стал — все просто ушли и вежливо прикрыли за собой дверь. Запах горелого ковра и штор был силен, но он не был так ужасен, как вонь обычной человеческой плоти у трупа. Плоть вампира горит иначе — чище. Это меньше похоже на горелое мясо и больше на что-то другое. На что именно эксперты все еще пытаются выяснить.

— Почему у Комитета Надзора по Сверхъестественным Делам такое особое отношение к Сент-Луису? — поинтересовался Дольф.

— Когда произошло первое убийство Солнышка, власти боялись, что это распространится здесь.

— Меня, кстати, так бесит это прозвище — «Солнышко», оно звучит так оптимистично. Будто этот вампир не погиб ужасной смертью, — сказала я.

— Можем звать как-то иначе, пока мы одни, — предложил МакКиннон.

— Мои слова по телефону тебя задели? — спросил Дольф.

— Нет, Дольф, просто… кажется, пресса пытается все это замять.

— Убийства Солнышка уже оккупируют первые полосы на каждом новостном сайте, — заметил МакКиннон.

— Я держусь подальше от новостей, — сказала я.

— Из-за слухов о свадьбе? — уточнил он.

— Почему ты здесь, Пит? И почему ты прибыл так скоро? — спросил Дольф.

— Из-за большой свадьбы.

Я уставилась на него. По его лицу невозможно было что-то прочесть. Он работал пожарным и специалистом по поджогам, но его нечитабельное лицо было очень коповским. Может, потому что он был следователем по делам о поджогах?

— Ты про нашу с Жан-Клодом свадьбу?

— С чего вдруг моей свадебной церемонии быть на вершине списка интересов Комитета по Сверхъестественному Надзору здесь, в Сент-Луисе, когда речь идет всего об одной подозрительной смерти? — я изучала его лицо в поисках подсказки, но он продолжал рассматривать останки на полу у наших ног, и не встречался со мной взглядом.

— Это вовсе не одна подозрительная смерть, Блейк, их сотни.

— Ты про пожар в Нью-Йорке, — сказала я.

— Я слышала, что общее количество жертв перевалило за сотню, — признала я.

— Сто восемьдесят восемь смертей, — ответил он. Тот факт, что он знал точное количество жертв, это плохой знак. Это могло означать, что они преследуют его во снах и наяву. Годы спустя, когда он будет ближе к восьмидесяти, чем к полтиннику, наверняка сможет назвать точное число погибших в нью-йоркском пожаре.

— Кто-нибудь уже взял на себя ответственность? — спросила я.