Тьма после рассвета

— Да ну? Действительно не хотят?

— Не хотят. У меня знакомая есть, следователь, Вера Попова, учится в адъюнктуре Академии МВД, пишет диссертацию про преступников с аномалиями психики, так ее знаешь как опускают? Обвиняют в том, что она погрязла в болоте ломброзианства, представляешь? Намекают, что, если будет упираться — из партии выгонят. Велели тему диссертации поменять, в противном случае пообещали сложности на защите. А все почему? Потому, что провозгласили лозунг: преступное поведение есть пережиток буржуазного сознания, этот пережиток с течением времени по мере продвижения к коммунизму будет полностью уничтожен, и тогда никакой преступности в СССР не будет.

Построим коммунизм — ликвидируем преступность. Коммунизм же это когда от каждого по способности, каждому по потребности и ни одного преступника. А если признать, что часть преступлений продиктована не пережитками буржуазного сознания, а болезнью или врожденными особенностями психики, то придется признать и тот факт, что болезни-то никуда не денутся и преступники все равно останутся. Значит, никакого коммунизма не будет. Кто ж согласится такое признать? Придется тогда всю идею похерить. Преступность должна быть только в капстранах, злобных и неправильных, где угнетают рабочий класс, а при социалистическом строе все сплошь хорошие, здоровые и честные. И чем ближе к коммунизму, тем здоровее и честнее. Как в той песне-то пелось? «Если кто-то ­кое-где у нас порой…» Именно что «кто-то», «кое-где» и «порой». Несчастные случаи, а не закономерности. Всем нужна красивая картинка, а правда не нужна никому.

В голосе Череменина слышались тупое отчаяние и безысходность. Гордееву захотелось как-то приободрить товарища, отвлечь от тягостных мыслей. Вот он про дочку заговорил, вернее, про падчерицу, но коль уж он называет ее дочкой, то и Виктор поступит так же.

— Хорошая у тебя девчонка выросла, Леня, — с деланой оживленностью заговорил он. — Толковая. И знает много.

— Да ну, балда она, — в сердцах бросил Леонид.

— Что так?

— Знает действительно много, но ее глупая молодая голова не в состоянии эти знания переварить.

Ей, дурехе, пока еще кажется, что людям интересно знать правду. Идеалистка. Ничего, оботрется, пару шишек набьет — научится родину правильно любить. Тебя куда подбросить? На Пресню? Или на Петровку?

— На Пресню. Петровка без меня перебьется.

***

Продавщица сельмага Раечка как раз закончила взвешивать развесные макароны для слесаря дяди Миши, когда подъехала машина с товаром.