Тьма после рассвета

Комитет государственной безопасности всегда стоял выше МВД, офицеры КГБ — белая кость, их служба считалась более важной, и если Комитету что-то нужно — органы внутренних дел обязаны выполнить, не задавая вопросов. И при этом еще описаться от счастья, что их скромная работа пригодилась великому делу государственной безопасности.

— Нас интересует дело о пропавших подростках. Я буду присутствовать при опросах и участвовать в них, — объявил Носилевич без долгих предисловий. — Надеюсь, возражений нет?

— Участвовать в качестве кого? — спросил Гор­деев.

Носилевич молча достал из нагрудного кармана два удостоверения, оба красные, но разного оттенка. То, которое потемнее, — сотрудника КГБ, которое посветлее — знакомое, родное, милицейское. Сверкнул корочками и тут же убрал в карман, не раскрывая, так что для Виктора осталось загадкой, какое именно подразделение органов внутренних дел там обозначено. Ну да, у таких, как этот капитан, и липовая ксива всегда найдется.

Ладно, чего уж теперь… Сколько Виктор Гордеев служил, сколько себя помнил, Комитет всегда был на коне, а сейчас, когда главный чекист страны превратился в главного человека государства, ссориться с улыбчивым капитаном тем паче опасно. Самое противное, что комитетчики могут требовать почти любую информацию, не раскрывая причин и объектов собственного интереса.

— Представлять меня фигурантам не нужно, но если потребуется, я смогу оправдать свое присутствие вполне убедительно, так, чтобы никого не подставить, — мягко проговорил капитан Носилевич.

 — В двух словах обрисуйте мне основные ­версии.

Гордеев взглянул на начальника, мол, прямо здесь будем обсуждать? Тот угрюмо кивнул.

— Первая версия: побег. Вторая: похищение с целью сексуального насилия. Третья: похищение с целью вымогательства денежных средств или по мотивам мести. Это основные, которые мы отрабатываем в первую очередь, — скупо доложил Гордеев.

— Третья версия, насколько я понимаю, основана на особенностях семьи Смелянских?

— Вы правильно понимаете.

Начальник отдела метнул на Гордеева короткий сердитый взгляд, дескать, нарываешься не по делу, аккуратнее надо, скромнее себя веди.

— Подростки пропали в среду, сегодня воскресенье, для вымогательства слишком много времени прошло, — заметил Носилевич. — Давно бы уже позвонили, предъявили свои требования. А вот месть и иные личные мотивы кажутся мне очень перспективными.