Тьма в его сердце

Джоанна сидела рядом с абсолютно скучающим видом, танцевать внизу ей нравилось больше, чем находиться здесь в окружении моих друзей. Но вдруг что-то поменялось, услышав слова Эрика, ее глаза загорелись, и она обратила на него все свое внимание.

Кайл сделал глоток виски и ответил:

– Да, Харрис потеряет компанию, он столько сил вложил в нее. Кризис не щадит никого.

– Его не кризис не пощадил, а то, что он спал со своей секретаршей, – прогремел мой голос, сквозивший явным осуждением. Харрис был знакомым Кайла, иногда мы пересекались с ним в загородном клубе Хэмптонса.

Джоанна вскинула голову и взглянула на меня.

– Он крутил роман со своей секретаршей, но бросил ее, а она в качестве мести решила обвинить его в домогательствах, – объяснил я.

Она на секунду задумалась, а затем спросила:

– Это точно? Я имею в виду, он действительно не домогался ее?

– Точно, вся компания знала об их отношениях, его секретарша сама липла к нему каждый раз, стоило двери его кабинета закрыться за ними, – ответил Эрик, не дав сказать мне.

Кайл одаривал Джоанну холодным взглядом, я знал, о чем он думает: почему мы объясняем что-то простой официантке? Почему вообще позволяем сидеть с нами? Именно так он выразился ранее, когда мы остались наедине. Он всем видом показывал, что она не нравится ему, но я видел совсем другое в его глазах.

– Но зачем ей это, если вся компания знает, что она лжет? – не унималась Джоанна.

Одри недовольно фыркнула, скрестив руки на груди, и одарила ее презрительным взглядом.

– Тебе ли не знать? Деньги! Она хочет денег, – сказала она таким тоном, словно Джоанна была умственно отсталой. – Иначе она подаст в суд.

– Одри, хватит, – прорычал я. То, как она вела себя с Джоанной, злило меня. Ее тон прозрачно намекал, что Джоанне нужны были мои деньги, Одри сравнивала ее с той секретаршей Харриса. Но она ошибалась. Джоанна ни разу не повела себя так, словно хотела моих денег.

Джоанна легко похлопала меня по груди, как бы благодаря, и показывая, что не нуждается в моей защите.

– О каких деньгах ты говоришь? Ведь суд докажет, что он не виновен, – сказала она.

– Суд может затянуться на годы, а компанию должны выпустить на биржу через полгода, – спокойно объяснил я.

– Может ему удастся что-нибудь придумать, – пожал плечами Эрик.