Тьма в его сердце

– Мне казалось, что ты переживаешь из-за нее, – вдруг сказал он.

Протестующий возглас вырвался прямо из моего горла.

– Хах! Я абсолютно точно не переживаю, просто меня раздражают люди вроде нее. Гребаная недотрога, которая делает вид, что она одна из католических монашек. Указывает, как мне следует себя вести и постоянно критикует. Появляется, когда ей вздумается и исчезает когда вздумается. И вообще, почему она вдруг решила, что вправе устанавливать свои правила в общении со мной? – вывалил я на друга все, что накопилось за недолгое время общения с Дикаркой.

Эрик на это лишь коротко улыбнулся.

– Ты бесишься, как человек, которому не все равно.

Я закипал. Как из того, что я высказал ему, он вычленил совершенно другое?

– Мне абсолютно все равно! Ты знаешь, зачем я это затеял.

– Уже не знаю, – покачал головой он.

– Она безразлична мне, – бросил я в свое оправдание.

– Если бы это действительно было так, то был бы спокоен, а ты совершенно точно не спокоен, – подметил Эрик.

Он прав лишь в одном.

– Знаешь, что бы я сделал на твоем месте? – заговорщицки спросил Эрик.

Я не пошевелился, его советы мне ни к чему.

Но Эрику не нужно было мое согласие, чтобы высказать свою гениальную идею.

– Я просто сходил бы в отель и спросил у нее, почему она не отвечает.

– Если я приду туда, ее могут уволить, – как на автомате бросил я.

Брови Эрика сошлись в удивлении на переносице. А затем на его губах заиграла странная улыбка, как если бы он долгое время ломал голову над загадкой, а сейчас наконец нашел решение.

– Ты все-таки беспокоишься о ней, и не отрицай, – махнул рукой он. – За то время, что вы общались, она стала тебе небезразлична.

– Мне плевать на нее, Эрик. Я возьму свое и уйду в закат. Я не тот, кто стелется перед дамочками, мне это не нужно, – бросил я и встал со своего места. – Мне пора.

Я достал из кошелька две купюры и бросил их на стол.

– Через неделю наш традиционный уикенд в Аспене.

Но он и представить себе не мог, что творилось в моей голове. А если бы знал, как меня раздражает Дикарка, не улыбался бы как идиот.

– Конечно, – ответил я.

– А Джоанна летит с нами? – спросил он.

– Нет, – бросил я через плечо и направился на работу.

Джоанна бесила меня своим молчанием и сложным характером.