Тьма в его сердце

Не мог человек, менявший девушек каждый день, вдруг на два месяца уйти в воздержание.

Я скажу ему правду прямо сейчас.

Маленькая радостная улыбка появилась на его губах, как если бы он увидел утром под елкой щенка, о котором всегда мечтал. Но я не его рождественский подарок.

– Привет, – сказал он, касаясь своей рукой моего локтя.

Я скинула его пальцы, словно пыль, упавшую на мой рукав: небрежно и безразлично.

Его лицо мгновенно изменилось. Брови съехались к переносице, образуя посредине морщину, губы плотно сжались, а глаза растеряли весь огонь.

– Не хочешь обнять? – спросил он.

Я засмотрелась на его сильную шею, и мне до зуда в груди хотелось поцеловать его, и после, немного прикусить теплую загорелую кожу, чтобы почувствовать ее вкус.

Но нельзя думать об этом!

Я изогнула губы и отрицательно покачала головой, не думать о его губах, шее, теплой коже было для меня настоящим испытанием. Мое сердце все равно стремилось к нему, словно не знало о его интрижке с Салли.

Его подбородок дернулся, как если бы он разозлился, но внешне, Блейк выглядел абсолютно незаинтересованным как мной, так и этим разговором.

– Ты не ответила ни на один звонок.

Взгляд темных глаз вернулся, всматриваясь в мое лицо.

– Что-то произошло? – спросил он.

– Ты догадливый, – невесело усмехнулась я, складывая руки перед собой.

Он не выдержал и схватил меня за плечи.

– Джоанна, что, черт возьми, происходит?

Меня так разъедала эта злость, та самая, которую я не должна была испытывать, что я резким движением оттолкнула его от себя.

Блейк раздраженно клацнул зубами, на его лице проявились желваки.

Вывести Джефферсона из себя: сделано.

Я понимала, что веду себя как истеричная дура, но ничего не могла поделать с собой. Эти эмоции давили на меня, а я в свою очередь давила на него, на человека, благодаря которому эти эмоции и появились.

– Мне нужно сказать тебе кое-что, – холодно сказала я.

Он усмехнулся, однако совсем не выглядел веселым. Блейк, кажется, был в смятении, но как обычно, маскировал это.

– Хорошо. Можем мы отойти туда, где нас не увидят?

В этом больше не было смысла.

Половина отеля уже знала о наших с ним отношениях, обсуждая это как последние горячие новости. Хотя на самом деле никаких отношений и не было.

– Мы можем поговорить здесь.

– Но нас могут увидеть, – тихо сказал он.

Я рассмеялась. Его лицо наконец покинула маска отстраненности и безразличия уступая место полному замешательству. Такое не часто увидишь.