Есть здесь хоть капля рационализма или передо мной глупый подросток выживший из ума? — на последних словах Сергей Константинович добавил столько стали в голос, что следившие за ходом беседы девушки замерли округлив глазки, смотря то на него, то на меня. — Потому как если это второй вариант, я более не намерен тратить на тебя своё время.
— Никому на ЛБС нет дела до фамилии прибывшего бездарного новобранца. А уж однофамильцев среди простолюдин у меня, как и у вас, и даже у самого императора, вполне себе хватает. Так что я в своём уме, не переживайте.
— закончил я выдерживая взгляд графа, на что он немного поразмыслив кивнул и направился к дверям.
— Девочки, у вас десять минут попрощаться. Когда увидитесь, и увидитесь ли вообще теперь неизвестно.
Глава 2
После слов графа у обеих девчонок тут же навернулись на глазах слёзы, поэтому нормально поговорить напоследок не вышло, вместо чего мне пришлось их даже успокаивать.
— Обещаешь, что вернёшься? — шмыгая носом произнесла Алина.
— Конечно. — улыбнулся я.
— Даже не успеете соскучиться.
— И чтобы целым и невредимым! — продолжила вслед за сестрой Алиса.
— Обязательно. — только и оставалось мне согласиться.
— И давай поскорее восстанавливай свои силы…!
— Это в первую очередь. — кивнул я.
Но забегая вперёд, врач, посетившая вечером, меня была на этот счёт совсем другого мнения. Если верить сухой статистике, которая сложилась из числа подобных моему случаев, а их, к слову, зафиксировано и задокументировано было не так уж чтобы прям много, то в ровно половине случаев, травмировавший свои манотоки одарённый полностью и безвозвратно терял доступ к силе и дару.
Вторая же половина, так называемых «счастливчиков», всё же после долгой реабилитации и тренировок восстанавливалась, но ранг их силы падал на один-два уровня.
По моим личным ощущениям, услышанное, наверное, было как если бы человеку после тяжёлой травмы сказали: «Шансы что сможешь ходить примерно пятьдесят на пятьдесят». Что уж тут добавить, остаться без доступа к силе для практически любого одарённого было едва ли не хуже, чем лишиться ног…
Вошедший после Белорецких дядя Святогор, напротив, широко улыбался, что резко контрастировало с предыдущими гостями.
— Ну что, разбойник, оживаешь потихоньку вижу!
— Стараюсь.
— А чего морда лица кислая такая? — присаживаясь на стоявший рядом с койкой стул бросил он и прищурившись уставился на меня. — Всё девки, да?
— Ну-у… может и есть чуток. — задумавшись кивнул я.
— Да ты не кисни.
