Бородин и сам видел, что другого выхода нет – справа круто вниз уходил обрывистый речной берег.
Под визг покрышек он крутанул руль влево.
«Это не совпадение. Это засада! – мелькнула догадка в голове Станислава, а затем один за другим пронеслись вопросы: – Кто организовал ловушку?! Откуда они узнали о нашем появлении?!»
Военный внедорожник скакал по булыжникам узкой обочины, пытаясь избежать столкновения с грузовиком и скалами; по бортам и капоту щелкали пули. Меняя пистолет на автомат, Броневич озирался по сторонам, отыскивая огневые точки стрелков, а Кармазин, подпрыгивая на мягком сиденье, все ж высунул автомат наружу и палил куда-то наудачу.
– Крути вправо – попробуем прорваться по дороге! – крикнул подполковник, выпустив очередь по кабине проклятого грузовика. И тут же ощутил удар в спинку кресла; на лобовом стекле появились отверстия – кто-то из боевиков вел прицельный огонь со склона.
Бородин почему-то не спешил выполнять команду, и автомобиль продолжал забирать влево, плавно удаляясь от шоссе.
Впереди угрожающе увеличивался в размерах бесформенный кусок скалы.
– Леха, вправо!! – рявкнул Броневич, разбивая прикладом потрескавшееся стекло.
– Он ранен, – внезапно увидел Кармазин кровь на спине ротного.
И только после этого Владимир Николаевич обратил внимание на странные и безвольные движения головы Алексея, качавшейся в такт автомобильной тряске. Накрепко вцепившиеся в руль ладони скорее удерживали тело от падения, нежели управляли машиной.
– Скоты! – выругался начальник штаба батальона, подкручивая руль, чтоб «уазик» не влетел в скалы. С трудом выруливая на дорогу, он скомандовал: – Лейтенант, не прекращай огонь!
– Куда стрелять-то? Никого не видно!"
"– По склонам! Все они сидят там – это их излюбленная тактика.
* * *Покинув ресторан, мужчины переместились в «БМВ», ожидавший на стоянке у ресторана. Охранники были расторопны и предупредительны, словно три часа назад у входа в ресторан не произошло недоразумения с применением физической силы и едва не дошедшего до стрельбы.
Усевшись на заднее сиденье, Броневич и Кармазин опустили тонированные стекла и с удовольствием закурили. Два представительских авто поплыли по ночному городу в сторону восточной окраины.
Станислав решил продолжить прерванный в ресторане разговор.
– Ну, так что за работа, Владимир?
– Видишь ли, я очень люблю свою дочь, – вздохнул тот. – Кроме нее у меня никого не осталось.
